Вход | Регистрация
Регистрация | Забыли пароль?

Как использовать риск-инжиниринг в страховании

26.07.2016

Вопреки расхожему мнению, рискну предположить, что современный страховщик  – это не только финансовая организация, но ещё и нечто среднее между научно-исследовательским институтом и центром обработки данных.  По крайней мере, так должно быть в идеале. Во всяком случае, крупные международные страховые организации не скрывают, что интересуются достижениями современной науки и активно используют их в повседневной работе. Самое серьёзное внимание у них уделяется исследованиям в области изменений климата, гидрографии и сейсмологии, расчётам вероятности и частотности страховых событий, связанных с природными катаклизмами в разных регионах планеты, а также с человеческой деятельностью. Конечно, не всегда научные исследования проводятся в стенах страховой компании, многие выносятся на «аутсорсинг», но это только повышает их качество. 

В серьёзной страховой компании решение о принятии либо непринятии имущественного риска на страхование осуществляется после анализа специалистами всей информации об объекте. В ряде случаев для этого привлекаются риск-инженеры компании – это работники с высшим техническим образованием и большим опытом работы на инженерных должностях в какой-либо отрасли промышленности либо в МЧС РФ; они проходят сложную систему обучения в Европе, а также квалификационного отбора и экзаменов.

Самая первая задача, которая решается специалистами, - это в каком формате должны быть предоставлены клиентом данные для анализа риска. Для решения данного вопроса   разрабатывается специальная матрица (см. рис. 1).

Необходимо вкратце пояснить, что означает HG 1 – HG 5. HG – это сокращение от английского Hazard Grade, что можно условно перевести как «степень опасности». К примеру, офисные центры, выполненные из негорючих материалов, относятся к минимальной степени HG 1. Это объекты с очень низкой вероятностью тотального страхового убытка. HG 2 – это объекты с невысокой пожарной нагрузкой, например, предприятия по производству алкоголя или магазины с незначительными складскими площадями. HG 3 – это объекты с пожарной нагрузкой от средней до высокой, например, оптовые склады или мастерские по обработке пластика и других горючих материалов. HG 4 – это уже высокорисковые объекты с точки зрения пожарной безопасности, например, объекты пищевой, химической, деревообрабатывающей промышленности. HG 5 – это объекты со сверхвысоким риском для страховщика, например, объекты нефтехимии или целлюлозно-бумажной промышленности.

В простейших случаях, когда и степень опасности, и стоимость объекта невелики,  информация может быть представлена в формате COPE, что означает «construction, occupancy, protection and exposure» (конструктивные элементы объекта, характер его эксплуатации, элементы защиты и подверженность данного объекта убыткам). Это самый минимальный формат, для него достаточно заполнение клиентом стандартной анкеты или заявления на страхование.

По мере возрастания степени опасности и/или стоимости объекта формат COPE становится недостаточен для принятия решения, и информация должна быть структурирована уже иначе - в так называемый Risk Description (Описание Риска).  Это уже более развёрнутый вариант анкеты, который содержит ряд вопросов, отсутствующих в стандартном коротком заявлении на страхование. Например, страхователь должен подробно описать, как осуществляется отопление  в здании, есть ли котельная, находится ли эта котельная в отдельно стоящем или в пристроенном помещении, есть ли противопожарный отсек в пристроенном помещении, какова огнестойкость стен в котельной, сколько котлов, как осуществляется охлаждение, имеются ли датчики на CH4 и CO и т.д. Анализ документа под названием Risk Description подразумевает дистанционный анализ, т.е. обработку данных специалистами в офисе, без выезда на объект.

И, наконец, третий вариант применяется тогда, когда степень опасности  и/или стоимость объекта велики – это визит на объект риск-инженера (или риск-инженеров, если это большой промышленный комплекс). Визит на  объект – это настоящее испытание для страхователя, потому что риск-инженеры страховщика отвлекают от работы сотрудников страхователя, отвечающих за эксплуатацию и за противопожарную безопасность, иногда на много часов кряду, задают им каверзные вопросы, неверные ответы на которые могут вылиться в лишние сотни тысяч рублей страховой премии. И, конечно, велика вероятность, что неправильные ответы вообще лишат страхователя права быть застрахованным в страховой компании.  Автору неоднократно приходилось быть свидетелем таких неудобных вопросов риск-инженеров и неправильных ответов клиентов во время осмотров. Так, например, при осмотре одной очень крупной московской гостиницы, расположенной непосредственно около станции метро ВДНХ, риск-инженер задал вопрос, почему утеплитель на верхних этажах здания почти полностью отсутствует, и предположил, что очевидно, из-за сильных порывов ветра. На это главный инженер гостиницы заявил риск-инженеру буквально следующее: «Да пусть вся эта гостиница сгорит синим пламенем, и поскорее». Как позже выяснилось, он был недоволен оплатой труда своим работодателем и на этом основании довольно формально относился к своим обязанностям. Конечно, посмеявшись над таким курьёзным ответом клиента, риск-инженер поставил объекту самую низкую оценку, какую только позволяла шкала. В результате гостиница не была принята на страхование.

Во многих случаях оценку риск-инженера на складах портили «пустяки» вроде захламлённости территории возле склада пустыми паллетами, отсутствие взрывозащищённых штепсельных розеток, отсутствие плафонов на лампах, отсутствие специального отсека для зарядки аккумуляторов складских погрузчиков. С точки зрения риск-инженеров, пустые паллеты могут возгореться при высокой температуре воздуха, обычные штепсельные розетки могут стать причиной взрыва в сильнозапылённом помещении, лампы без плафона тоже могут стать причиной пожара, а аккумуляторы выделяют водород в процессе зарядки и должны быть изолированы от товаров, поскольку могут вызвать взрыв. Но больше всего проблем вызывал утеплитель пенополиуретан. По мнению риск-инженеров страховой компании, этот горючий утеплитель стал причиной нескольких крупных пожаров (речь идёт о коротком замыкании электропроводки, пропущенной через утеплитель), и сам факт присутствия пенополиуретана на объекте служит основанием для отказа от его страхования. Поскольку не всегда собственник объекта владеет информацией о том, из каких материалов выполнен утеплитель, и не всегда имеет сертификат пожарной безопасности на него, проводится эксперимент на месте: риск-инженер руками вытаскивает клок утеплителя, подносит к нему пламя из зажигалки и следит за тем, что происходит. Если пламя только опалило утеплитель, но не подожгло, то подозрения снимаются. Если утеплитель сгорает, то это вероятнее всего это пенополиуретан, и тогда такой объект для страхового портфеля не подходит.

Также большое внимание риск-инженеры уделяют спринклерным системам, особенно на складах. С точки зрения риск-инженеров, на высокостеллажных складах система с верхним потолочным расположением спринклерных оросителей неэффективна, и требуются промежуточные ряды спринклеров во внутристеллажном пространстве. Если последние отсутствуют, то риск-инженеры практически не принимают во внимание факт наличия спринклерной системы, даже если она нормально функционирует и регулярно проверяется эксплуатирующей организацией. Считается, что вода из потолочных оросителей не достигает огня между стеллажами.

Оценка риск-инженера может выражаться в следующем виде: Excellent («Отлично»), Good («Хорошо»), Fair («Удовлетворительно»), Poor («Неудовлетворительно»). Самая распространённая оценка риск-инженера – это Fair («Удовлетворительно»), и она влечёт за собой во многих случаях запрет на принятие риска на страхование. Если риск-инженер  поставил объекту плохую оценку, то проигнорировать его мнение не может никто, даже сам генеральный директор. Служба риск-инженеров  структурно независима от всех остальных подразделений и поэтому как-то повлиять изнутри на оценку риск-инженера по тому или иному объекту практически невозможно.
Так вкратце выглядит работа риск-инженеров в международных страховых компаниях.

В силу текучести кадров на российском страховом рынке, а также тесного общения между собой профессиональных страховщиков, такие «лучшие практики» становятся достоянием гласности, и каждая российская страховая компания теоретически может их у себя внедрить, если не полностью, то частично. Именно благодаря этому появились риск-инженеры в штате некоторых крупных российских страховщиков.  Правда, их пока ещё мало, и они имеют право лишь консультативного голоса, то есть их мнение о рискозащищённости объекта может быть проигнорировано.

К сожалению, в большинстве российских страховых компаний о риск-инжиниринге пока даже не слышали. Каких либо собственных серьёзных методических разработок по поводу пожарной безопасности и тем более по поводу природных катаклизмов у российских страховщиков нет, достижениями и разработками научных институтов они ни в малейшей степени не интересуются.

К чему это приводит? Следствием отсутствия риск-инжиниринга и вообще серьёзной оценки рисков при андеррайтинге является неизбежная ориентация страховщика на требования клиента. Андеррайтеру попросту нечего противопоставить требованиям страхователя. Роль андеррайтера обычно сводится к формальному контролю за соблюдением формы договора и недопущению пролонгации убыточных договоров. Портфели российских страховщиков наполнены зачастую не теми рисками, которые хотели бы видеть в них андеррайтеры, а теми, которые навязаны страховщику клиентами. В результате убыточность таких портфелей имеет большую волатильность и крайне слабо управляется, хотя показатели целевой убыточности по видам страхования формально имеются практически у всех страховщиков. Любой резкий скачок убыточности вызывает панику у андеррайтеров и кадровые перемены в руководящем составе. Собственники компании очень чувствительны к скачкам убыточности и после таких скачков иногда выражают желание оставить страховой бизнес как таковой или, по крайней мере, поскорее продать страховую компанию, которая не оправдала их надежд.

Между тем многие собственники, менеджеры и андеррайтеры страховых компаний даже не задумываются над тем, что убыточность портфелей можно эффективно контролировать, если всерьёз заняться анализом рисков, принимаемых на страхование. В том числе с помощью риск-инжиниринга. 
 

Автор: Денис Сухоруков

 



ИНТЕРЕСНО ПОЧИТАТЬ


ПОДПИСКА НА РАССЫЛКУ
МНЕНИЯ ЭКСПЕРТОВ
Финансовые услуги для людей с инвалидностью: поиск формата

Робулец Татьяна

генеральный директор, ООО «Современные страховые технологии».

Новосибирск: влияние натурального ОСАГО позитивно для автобизнеса

Останин Максим

Председатель Комитета поддержки и развития малого и среднего предпринимательства мэрии города Новосибирска

Натуральное ОСАГО: перспективы в Республике Башкирия

Денис Мусин

Генеральный директор Фонда развития и поддержки малого предпринимательства Республики Башкортостан

Отсрочка по требованиям к рейтингам эмитентов сохранит порядка 80% облигаций в структуре активов и резервов страховщиков

Юргенс Игорь

Президент Всероссийского Союза Страховщиков (ВСС) и Российского союза автостраховщиков (РСА)

Натуральное ОСАГО может способствовать оживлению рынка автосервиса

Евгений Дешевых

начальник управления Алтайского края по развитию предпринимательства и рыночной инфраструктуры


Уважаемые читатели!

С 1 апреля  стоимость абонентской платы  за пользование программой Экспресс –аналитика страхового рынка составляет 1000 руб. в месяц. Для оплаты услуги войдите в личный кабинет или зарегистрируйтесь:

Внимание!

Подписчики печатной версии журнала могут пользоваться программой бесплатно в течении всего срока подписки.

Реклама партёров