КАК НЕ ПРЯТАТЬСЯ ЗА «БУМАЖКУ»? 

Самый главный урок чрезвычайных ситуаций, обрушившихся на российские регионы, — невозможность абсолютно все нюансы предусмотреть в правовом акте. Гораздо важнее, чтобы каждый облеченный властью человек на своем месте осознавал личную ответственность. В зонах ЧС работали очень разные чиновники: кто-то не спал ночами и не оставил без внимания ни одного жителя, а кто-то прятался за «бумажкой». Об этом размышляет в своем рассказе о работе в Иркутской области команды «Молодежка ОНФ» заместитель руководителя Исполкома ОНФ, член Центрального штаба ОНФ Игорь Кастюкевич.

Современные страховые технологии: Как представители «Молодежки ОНФ» оказались в Тулуне?

Игорь Кастюкевич
Заместитель руководителя исполкома ОНФ, член Центрального штаба ОНФ

Игорь Кастюкевич: Мы начали работать в зонах чрезвычайных ситуаций в 2019 году. Весной того года случились пожары в Забайкалье — огонь уничтожал целые населенные пункты. В Иркутской области мы работали и на пожарах (помогали с защитой населенных пунктов: создавали минерализованные полосы, производили опашку деревень и сел, расчищали полосы от валежника и сухостоя), и после наводнения. В первой группе для помощи жителям после наводнения было 120 человек. «Молодежка» помогала жителям восстанавливаться после наводнения: строили заборы, разгребали завалы, развозили дрова и продукты. В первую зиму мы раздали около 50 тонн овощей, закупленных на спонсорские и благотворительные пожертвования. В нашей помощи нуждались многодетные семьи, инвалиды, старики.

У многих «большая вода» смыла весь урожай и допустить, чтобы люди ушли в зиму без элементарных продуктов питания, мы не могли. В сибирских селах картошка — это как хлеб, если не больше.

ССТ: Почему организацией этой помощи стал заниматься Общероссийский народный фронт, а не сотрудники МЧС России и региональные власти?

И. К.: Занимались все, каждый по своему направлению. Мы — общественная организация, и наша главная цель — помощь людям. Мы ни в коем случае не подменяем собой действующие институты власти или специальные ведомства, а лишь дополняем. «Молодежка ОНФ» — большая команда, более 72 тыс. человек по стране, молодые люди в возрасте 18-35 лет. Лишних рук, когда случается беда, как правило не хватает. Поэтому оперативно собрались и поехали. Команды были полностью экипированы. Отличительной особенностью был снегирь — логотип «Молодежки ОНФ». Теперь жители уже знают нас, доверяют, и очень приятно, когда приезжаешь в какой-нибудь населенный пункт и слышишь — «Наши снегири приехали!».

В каждом конкретном населенном пункте, в каждом доме мы определяли, что сделать, чтобы помочь людям начать жить заново. У МЧС России все-таки другой функционал. Они тушат пожары, перекрывают воду, но не будут стучать молотками в каждой избе. А у местных властей просто не всегда доходят руки, да и ресурсов не всегда хватает.

ССТ: Как и кому вы предлагали помощь?

И. К.: В деревнях, особенно удаленных, основной точкой притяжения жителей является магазин. Тут люди собираются, общаются, обмениваются новостями.

Наши брендированные автомобили останавливались возле магазина и спрашивали местных, где и какая помощь нужна. Так мы получали адреса: в этом доме осталась одинокая бабушка, здесь живет пожилая пара, а тут многодетная семья. Через несколько дней вся деревня знала, что мы здесь помогаем, поэтому список адресов нуждающихся постоянно пополнялся.

В районах бедствия мы встретили крайне низкую информированность населения о том, какие виды помощи им положены, куда необходимо подать пакет документов и что делать, если каких-то бумаг не хватает. Так родилась идея направить в территории бригады юристов из числа участников команд «Молодежки ОНФ», чтобы жители не отдавали последние деньги за консультации коммерческих юристов.

ССТ: На местном уровне не хватало каких-то регламентов, согласованности?

И. К.: Ни один регламент не пропишет всех жизненных ситуаций. У одних отсутствовало право собственности на уплывший дом, хотя они прожили в нем всю жизнь. Как раньше продавали дома?

Деньги отдай, заходи и живи. Другие проживали большой семьей, но прописаны не все. Кто-то возвел пристройку и не успел ее оформить. Президент страны Владимир Путин, который несколько раз прилетал в зону ЧС, был в Тулуне, особо отмечал «не формальный, а человеческий подход в решении вопросов пострадавших жителей». Но, к сожалению, не все местные главы администраций его услышали. Для многих «своя рубашка была ближе к телу», поэтому мы видели ситуации, когда состояние соседних домов на улице оценивали настолько по-разному, что одни получали сертификат и уезжали, а другие якобы оказывались даже вне зоны затопления. А ты спускаешься в подпол этого «нормального с точки зрения администрации дома», а там фундамент весь в трещинах, печь покосилась и большой вопрос, как пережить зиму в таком жилье. Учитывая, что дети мал мала меньше и морозы в Сибири не то что в центральной полосе России.

Шли к поселковому главе, а он вместо конструктива начинает рассказывать, как ему самому тяжело. Якобы днями и ночами не спал, когда вода наступала. Я спрашиваю: «А как же иначе-то? Люди тебя выбрали, они тебе руководство доверили.

Неужели заслуживают вот такого отношения к себе?» Любой чиновник может спрятаться за «бумажку». Мы видели много откровенно халатного отношения. Когда главное не решить проблему, а «отписаться». Отказывали в выплатах, например, по причине «неполного перечня документов». А у нее 3 класса образования, многодетная мать!

Она пишет-то с трудом, откуда ей знать, что нужно? Кто ей помог оформить этот пакет правильно? Некоторые жители сразу махали рукой на положенные государством выплаты. В деревне Старошелехово Тайшетского района одинокая женщина мне говорит: «Да что я буду ходить доказывать? У меня документов на дом нет, не оформили в свое время, а сейчас уже поздно. Подлатаю, что есть, и буду жить».

Человеческий подход в моем понимании — это индивидуальная работа с каждым. Например, положена бабушке выплата на капитальный ремонт. А ей 94 года! Ну что она одна сможет сделать?

Только попасться на удочку мошенников.

А муниципалитет отписался — деньги получены, дальше нас не волнует. У нас такая в деревне Соляная Мария Цедрик, труженица тыла. Мы к ней случайно попали, адресом ошиблись. Она плачет, кому, говорит, деньги бы отдать, чтобы «венцовые балки» (лежат в основании деревянного дома) поменяли. Наши парни ей за несколько дней сделали все.

Поменяли венцовые, утеплили. А деньги, говорим, бабушка, потратьте на что-нибудь более нужное.

Затопления с человеческими жертвами происходили летом 2019 года в Иркутской области. Жители Тулуна, Уйгата, Кривуши, Красноозерского, Красного Октября и Евдокимовского были эвакуированы. В зону подтопления попали Нижнеудинский, Черемховский, Тулунский, Шелеховский, Слюдянский, Зиминский районы.
35 млрд руб. превысила общая сумма ущерба, в т. ч.:
  • более 20 млрд – ущерб инфраструктурным объектам и административным зданиям
  • около 11 млрд – ущерб из-за утраты жилья 2600 человек эвакуировали из зон подтопления
25 человек погибло
10 890 жилых домов во время двух наводнений в Иркутской области были подтоплены, из них половина снесена полностью.

ССТ: Чего не хватало местным администрациям, чтобы поддержать своих земляков?

И. К.: При правильном положении дел документы должны готовиться очень быстро, муниципалитет должен вести учет, какие дома идут на капитальный ремонт, а какие на отселение с выдачей сертификата. Для того чтобы было понимание, кто из жителей уже получил помощь, кто в процессе, у кого проблемы и нужно «подтолкнуть». Биться нужно за своих людей. Иначе, какой ты глава? Но в тех населенных пунктах, где мы работали, никто таких реестров не вел. Главы поселковых администраций — это ведь те же жители деревни, их компетенции часто оставляли желать лучшего. Знания, как действовать в экстремальной ситуации, были у единиц.

Да, мы встречали глав поселений, которые переживали за свое население, бились за него и действительно не спали ночами.

И у них к октябрю–ноябрю ситуация выправилась. Но были и те, кто буквально бросал односельчан на произвол судьбы. «Поезжайте, куда хотите, и сами восстанавливайте свои права. А не привезете бумажку, мы для вас ничего сделать не можем, иначе это будет превышением полномочий», — мы встречали такие отписки.

ССТ: Как складывались ваши отношения с властью?

И. К.: Первый список, с которым мы обратились к региональным властям, включал примерно 300 человек, остро нуждающихся в помощи. Тогда во главе региона был Сергей Левченко. Он даже не стал забирать у нас список, заявив, что лучше многих знает о том, какие проблемы есть.

Поставив политику на первое место, он забыл о людях. В населенных пунктах мы спрашивали жителей: «А губернатор приезжал к вам?». И чем отдаленнее была деревня или село, тем чаще мы слышали ответ «нет». Некоторые даже не знали, как он выглядит.

С назначением И. Кобзева ситуация в корне поменялась. Буквально в течение первой недели его работы в должности мы передали ему список первоочередников, ситуация по которым была просто патовой. По каждому он включился лично.

ССТ: После наводнения прошло уже два года. Все проблемы удалось решить?

И. К.: К сожалению, они еще остаются.

Уже после наводнения серьезную проблему жителям создали грунтовые воды.

В Тулуне и других населенных пунктах у многих до сих пор вода в подпольях стоит, дома разрушаются. Под руководством И. Кобзева была сформирована целая программа по расселению тех домов, которые пострадали в результате воздействия грунтовых вод. Там есть и федеральное финансирование. Кроме того, сейчас в Тулуне достраивают дома в микрорайоне Березовая Роща.

ССТ: Были какие-то системные проблемы, которые Вы видели в Иркутской области?

И. К.: Большинство вопросов было связано с работой межведомственных комиссий, созданных в каждом муниципалитете.

Их задача — принимать решение о судьбе домов: текущий ремонт, капитальный, под снос. Но работали комиссии весьма «своеобразно». В некоторых населенных пунктах были случаи, когда сертификат

получали люди, у которых даже дома не было, только фундамент. А вот тем, у кого дом смыло буквально, зачастую приходилось пройти семь кругов ада, чтобы что-то доказать. Доказывать приходилось через суд. Суды, в свою очередь, отдавали все на откуп межведомственным комиссиям, как уполномоченному органу по 47-му постановлению Правительства РФ.

По федеральному законодательству в такую комиссию должны входить специалисты, которые обладают необходимыми компетенциями, чтобы произвести все необходимые обследования и вынести решение. А по факту они порой состояли из учителей, социальных работников и сотрудников мэрии. В результате к тем в дом не зашли, а к тем зашли, но не осмотрели.

Осмотр часто проходил без технического инвентаря. Возмущенные жители вынуждены были обращаться в независимую экспертизу, тратя последние деньги.

Кроме того, в маленьких населенных пунктах очень большую роль играют межличностные отношения. И глава администрации может просто сказать какому-то жителю: «Ты у меня ничего не получишь».

У нас до сих пор остается много проблем в поселке Октябрьский. Там глава администрации Байков даже решения судов не исполнял. У него, кстати, была чехарда с постановлениями об определении границ затопления. Это основной документ для получения выплат, если дом признан аварийным или подлежащим капитальному ремонту. Мы видели несколько постановлений, в которых то появлялись, то пропадали определенные адреса. И каждое последующее постановление отменяло предыдущее.

В итоге это значительно осложняло работу по получению положенных выплат.

Или другая ситуация: в поселке Гадалей наша юридическая группа собрала порядка 200 заявлений от людей по самым разным проблемам. Глава местной администрации должен ответить на них в 30-дневный срок. Но когда мы через полтора месяца спросили у Виктора Сафонова, что произошло с заявлениями, он их вынул из стола и сказал: «Да вот они, все тут». То есть он ничего с ними не сделал!

ССТ: Разве такие главы администраций не будут нести никакой ответственности?

И. К.: Мы не карающий и не надзорный орган, а общественная организация. Мы про помощь, которую можем оказать и оказываем.

Юристы из «Молодежки ОНФ», которые работали в Тулуне и других населен-

ных пунктах, — студенты или недавние выпускники юридических вузов. Мы сформировали собственную базу данных о проблемах жителей. Первоначально в ней было около 1,5 тыс. человек, сегодня осталось человек 70, и решение каждого вопроса находится на личном контроле губернатора.

ССТ: Какие уроки можно вынести из этой ситуации?

И. К.: Законы не всегда могут полностью отразить разнообразие местной ситуации так, чтобы все было и законно, но и по совести. Очевидно, местным властям необходимо учиться работать в чрезвычайных ситуациях. Тренироваться, если хотите, чтобы в реальных условиях знать, что и как делать.

Если отдельно взятый глава поселка или деревни не хочет чего-то делать, он найдет для этого тысячу бюрократических предлогов. А доверие людей пропадает ко всей вертикали власти, жители не разделяют чиновников и депутатов на муниципальных, региональных и федеральных: только помог или нет.

ССТ: Что принес этот опыт команде «Молодежки ОНФ»?

И. К.: Ребята, прежде всего, очень выросли и научились отстаивать интересы людей, потому что это правильно. Они увидели своими глазами много несправедливости, горя и боли. Пропустили через себя, научились сопереживать и разделять ответственность. Если мы беремся помочь, значит на полдороге уже не бросим проблему или человека. Это важно.

Мы готовы собрать наши команды за сутки: сначала — адресная помощь, потом юристы, психологи, строители. Вырос уровень профессионализма. Теперь мы можем работать в любой зоне ЧС. У нас есть четкий алгоритм и собственный наработанный опыт.

 



ЖУРНАЛ №2, АПРЕЛЬ 2021
СТРАХОВАНИЕ, КОТОРОЕ МЫ ПОТЕРЯЛИ 
Галагуза Николай
ЧТО МЕШАЕТ «ВМЕНИТЬ» СТРАХОВАНИЕ ЖИЛЬЯ ОТ ЧС?
Пресс-служба Министерства финансов Российской Федерации
КАК СОХРАНИТЬ ЖИЗНИ? 
Мешалкин Евгений
ЗАКОН ДОЛЖЕН «ВЗЛЕТЕТЬ» 
Порватов Михаил
НАДЕЖНАЯ ЗАЩИТА ОТ ПОТРЯСЕНИЙ 
Осипов Александр
ТРИ НАГРАДЫ ЗА ИДЕИ 
Руденко Дмитрий
ИПОТЕКА КАК ТОЧКА РОСТА СТРАХОВАНИЯ
Скороходов Сергей
ЗАЧЕМ РЕГИОНАМ СТРАХОВКА ОТ ЧС?
Аксаков Анатолий
ПЕРЕСТРАХОВАНИЕ ДЛЯ ПРОГРАММЫ СТРАХОВАНИЯ ЖИЛЬЯ
Лифанова Елена
КАК НЕ ДЕМОТИВИРОВАТЬ СТРАХОВЩИКА
Гусар Светлана
БИТВА ИНТЕЛЛЕКТОВ
Кулагин Антон
РАСТИМ КУЛЬТУРУ СТРАХОВАНИЯ
Шимова Юлия
КАК ПОДКЛЮЧИТЬ ЧАСТНЫХ СЫЩИКОВ К БОРЬБЕ С МОШЕННИКАМИ?
Выборный Анатолий
РАКОВИНЫ НЕ ГОРЯТ
Ефремов Сергей
СТРАХОВАНИЕ И «РОБИН ГУДЫ»
Парамонов Владислав
ПОСЛЕДНЯЯ ИНСТАНЦИЯ
Антимонова Снежана
КАК ЛОВИТЬ СТРАХОВЫХ МОШЕННИКОВ?
Алексеев Виктор
КТО ЗАСТРАХУЕТ СТОЛИЧНУЮ НЕДВИЖИМОСТЬ?
Литвина Евгения
СТРАХОВАНИЕ ИМУЩЕСТВА ФИЗИЧЕСКИХ ЛИЦ: ТЕНДЕНЦИИ И ПЕРСПЕКТИВЫ 
Дёмин Юрий
«ГДЕ НЕ СТУПАЛА НОГА ИНТЕРНЕТА»
Васюкова Людмила
АВТОРСКИЙ ТРЕНИНГ: ПРОДАЖИ БЕЗ ОБМАНА

Уважаемые читатели!

С 1 апреля  стоимость абонентской платы  за пользование программой Экспресс –аналитика страхового рынка составляет 1000 руб. в месяц. Для оплаты услуги войдите в личный кабинет или зарегистрируйтесь:

Внимание!

Подписчики печатной версии журнала могут пользоваться программой бесплатно в течении всего срока подписки.

Реклама партёров