Я за добровольность и пропаганду

Деятельность мегарегулятора — всегда публична, но не всегда однозначно понятна игрокам рынка и, тем более, потребителям. В беседе с заместителем председателя Банка России Владимиром Чистюхиным мы постарались разобраться в самых сложных и порой болезненных для страховой отрасли вопросах: имеет ли размер страховщика значение для ЦБ, кто уйдет с рынка, а кто на нем останется, и что нужно сделать для того, чтобы страхование стало более конкурентоспособным и процветающим.

Деятельность мегарегулятора — всегда публична, но не всегда однозначно понятна игрокам рынка и, тем более, потребителям. В беседе с заместителем председателя Банка России Владимиром Чистюхиным мы постарались разобраться в самых сложных и порой болезненных для страховой отрасли вопросах: имеет ли размер страховщика значение для ЦБ, кто уйдет с рынка, а кто на нем останется, и что нужно сделать для того, чтобы страхование стало более конкурентоспособным и процветающим.

Современные страховые технологии: Банк России впервые разработал стратегический документ для финансовых рынков в целом, включая страхование. Таким образом, страхование признано важным финансовым инструментом?

Владимир Чистюхин: Страховой рынок очень долго развивался достаточно обособленно, хотя страхование имеет много общих черт с другими сегментами финансового рынка. Активы у страховых компаний во многом такие же, как у банков, пенсионных фондов, профучастников рынка ценных бумаг. И качество капитала страховщиков по логике ничем не должно отличаться от качества капитала других участников финансового рынка. Выстраивание отношений с потребителями имеет много общего с иными сегментами финансового рынка и т. д. Планируя работу над стратегическим документом, мы решили использовать кросс-секторальный подход. А если так, то страховой рынок нельзя обойти вниманием. Все темы, связанные с переводом рынка на электронный формат, защитой прав потребителей, саморегулированием, с обеспечением финансовой доступности, надзорные вопросы — все касаются страховщиков. Поэтому страховая отрасль рассматривается нами как неотъемлемая часть финансового рынка при выработке основных направлений его развития и наших подходов к его регулированию.

ССТ: Что сейчас происходит с проектом «Основных направлений развития финансового рынка Российской Федерации на период 2016–2018 годов»?

В. Ч.: В начале марта на заседании правительства разработанный Банком России проект «Основных направлений» был одобрен. Сейчас, по нашей информации, профильный комитет Госдумы направил его в министерства и ведомства, а также в экспертные советы для рассмотрения. Парламентские слушания назначены на 14 апреля.

ССТ: Какое практическое значение документ будет иметь для страховой отрасли, у которой уже есть Стратегия развития до 2020 года?

В. Ч.: Как я уже сказал, «Основные направления» носят кросс-секторальный характер, и мы ни в коей мере не конкурировали с различными отраслевыми стратегиями. Наоборот, мы старались более точно прописывать уже заданные направления движения либо восполняли пробелы, описывали те вопросы, которых в ранее принятых документах не было. Если помните, в широком смысле дигитализация в Стратегии развития страхового рынка отражена не была, как и саморегулирование. Обеспечение финансовой доступности — вообще новая тема. «Основные направления» — это комплементарный документ. Он предполагает конкретные шаги, которые за три года должны сделать Центральный банк и федеральные органы исполнительной власти для того, чтобы страховой рынок стал более конкурентоспособным, оказывающим качественные услуги потребителям, с нормальной бизнес-моделью и т. д. В рамках нашего трехлетнего документа мы планируем на каждый год формировать план мероприятий. Под каждую отрасль, под каждое направление, которые описаны в «Основных направлениях», будет разработан детальный план — что нужно сделать, чтобы это заработало на практике. План мероприятий на 2016 год будет сформирован к маю, в последующие годы мы будем формировать такой план к началу года.

Страховая отрасль рассматривается
нами как неотъемлемая часть
финансового рынка.

ССТ: Понятны ли уже основные направления плана по страховой отрасли на текущий год?

В. Ч.: Конечно, понятны. Это вопросы электронного взаимодействия — для нас они выходят на передний план. Это дальнейшее регулирование и развитие рынка ОСАГО, борьба с мошенничеством, различные аспекты медицинского страхования — как добровольной, так и обязательной части. Также ключевое внимание мы будем продолжать уделять надзору за страховыми компаниями.

ССТ: В фокусе внимания участников финансового рынка неизменно находятся вопросы регулирования, в частности — подходы к внедрению пропорционального регулирования, отраженные в «Основных направлениях». Имеют ли право на жизнь небольшие компании?

В. Ч.: Мы не против компаний любого размера, которые работают на страховом рынке. Мы — за! Другое дело, нужно понимать, что каждая компания должна обладать финансовым запасом прочности, качественным персоналом, автоматизированными системами, которые позволяют просчитывать риски должным образом. Страховая отрасль — это сложные продукты, это актуарные расчеты, это математические модели. Поэтому очевидно, что совсем малень-кой компании справиться со всем этим сложнее, чем крупной. Но, тем не менее, мы никому дорогу не закрываем. Можешь выполнять наши требования, можешь оказывать качественный сервис потребителю — добро пожаловать. Если говорить о пропорциональном регулировании, то на страховом рынке мы планируем разделить все компании на две группы. Первая — это мелкие и средние страховщики, к которым будут применены базовые надзорные требования. Вторая — системно значимые участники страхового рынка. К ним будут предъявляться повышенные требования как с точки зрения капитала, так и с точки зрения выполнения нормативов. Хочу обратить внимание, что системная значимость компании означает не то, что мы будем спасать ее любыми способами, а то, что она должна будет выполнять намного более жесткие требования. Уход такого игрока с рынка имеет гораздо большие риски, чем в случае с мелкими и средними компаниями, поэтому пруденциальные требования к его устойчивости и надежности должны быть более строгими. То же касается и взаимоотношений с клиентами — крупная, системно значимая компания определяет лицо всей отрасли и формирует уровень доверия потребителей к ней, поэтому сервис таких компаний должен быть на эталонном уровне.

ССТ: Возможна ли диверсификация требований к компаниям в зависимости от вида их деятельности?

В. Ч.: В настоящий момент мы стали больше внимания уделять социально значимым видам страхования, например страхованию застройщиков или граждан, выезжающих за рубеж. В отношении данных видов выдвигаются дополнительные надзорные требования при расчете нормативов. Они направлены на повышение финансовой устойчивости страховых компаний. Но эти требования обращены не к крупным или мелким страховщикам, а ко всем участникам рынка, которые этими видами деятельности занимаются.

В рамках нашего трехлетнего
документа мы планируем на каждый год
формировать план мероприятий.

ССТ: Удовлетворен ли Банк России процессами создания СРО на страховом рынке?

В. Ч.: Страховым сообществом, в первую очередь Всероссийским союзом страховщиков и Ассоциацией профессиональных страховых брокеров, проделана колоссальная работа по консолидации рынка. Центральный банк уже получил от них документы по созданию СРО на предварительное ознакомление. На других сегментах финансового рынка уже появились первые СРО, но мы понимаем, что некое запаздывание по срокам связано исключительно с тем, что страховое сообщество не имело классических саморегулируемых организаций. Страховщикам нужно было решить намного больше технических вопросов, чем их коллегам из других секторов, где СРО существовали ранее. Мы изучим представленные документы, выскажем некоторые предложения и замечания. Уверен, их смогут оперативно доработать. Мы, со своей стороны,не заинтересованы держать документы на рассмотрении долго. Рассчитываю, что в ближайшей перспективе мы получим на страховом рынке две СРО, действующие в рамках нового закона.

Системная значимость компании
означает не то, что мы будем спасать
ее любыми способами, а то, что она
должна будет выполнять намного
более жесткие требования.

ССТ: Иногда звучат прогнозы, что вероятность создания СРО на страховом рынке — 90 %. Есть ли 10 % вероятности, что СРО не будет?

В. Ч.: Я такого шанса не вижу. Это связано с важностью отрасли, с ее сложностью, с необходимостью разработать огромное количество стандартов или, по-другому, правил профессиональной деятельности. В серьезном улучшении и развитии нуждается инфраструктура страхового рынка, включая единые автоматизированные системы. Без СРО сделать это будет практически невозможно. Страховой отрасли нужен рыночный консолидирующий институт.

ССТ: У вкладчиков банков есть страхование вкладов. На страховом же рынке нет компенсационного фонда. Страхователи, особенно физические лица, не защищены в ситуации, когда страховщик теряет лицензию. Должно ли СРО обеспечить выплату компенсаций или этот вопрос будет решаться иначе?

В. Ч.: Компенсационные фонды существуют в рамках обязательных видов страхования. По добровольным видам их, действительно, нет. Если страховое сообщество считает необходимым прогарантировать свою устойчивость перед инвесторами, перед клиентами, перед потребителями, то оно вправе такие фонды организовывать на добровольных началах. Необходимо отметить, что и в системе страхования вкладов, и в системе гарантирования пенсии перед тем, как они были созданы, была проведена серьезная расчистка: в первом случае — банковского рынка, во втором — рынка пенсионных накоплений. Тему гарантирования для страхования можно вводить только тогда, когда на рынке в моменте присутствуют добросовестные участники. Тогда хорошие игроки не будут платить за изначально недобросовестных, которые могут набрать премий и уйти с рынка в расчете на то, что за них точно рассчитается компенсационный фонд. Если нет системы гарантирования, то на регуляторе страхового рынка лежит дополнительная ответственность. Последние два года ЦБ очень серьезно занимается вопросами надзора и выводит с рынка недобросовестных игроков. Когда был образован мегарегулятор, у нас было около 430 компаний, а в настоящее время их чуть больше трехсот. Основная причина ухода с рынка страховщиков — отсутствие качественных активов и капитала. По сути, либо это были компании с крайне слабыми системами управления рисками, либо это были мешки для сбора денег для собственников компаний. По большому счету, к нормальной страховой деятельности такие организации не имели никакого отношения.Наша задача — оставить к концу года на страховом рынке устойчивые компании, которые имеют перспективу для продолжения своей деятельности. Мы сегодня все для этого делаем.

В едином государственном реестре субъектов страхового дела на 31 декабря 2015 года зарегистрированы 344 страховщика, из них 334 страховые организации и 10 обществ взаимного страхования.

ССТ: В отличие от регулятора, у потребителя практически нет возможности понять, здорова компания или «болеет». Как избежать ошибки?

В. Ч.: Это принципиально важный момент. Задача Центрального банка — сделать так, чтобы страховщиков не делили на плохих и хороших. Те, кто работает на рынке, могут отличаться размером, капиталом, услугами, но не должно быть сомнений в базовой устойчивости страховых компаний, а также в определенном уровне качества оказываемых ими услуг потребителям.

ССТ: Страховщики жизни поднимали вопрос о создании компенсационного фонда… В. Ч.: И что же им помешало? ССТ: Сейчас план счетов страховых компаний не предусматривает возможность отчислять часть резервов на создание компенсационных фондов.

В. Ч.: С 2017 года мы планируем внедрить единый план счетов и отраслевые стандарты на основе МСФО. То есть будут все необходимые механизмы для того, чтобы формировать любые гарантийные, резервные фонды или что-то еще, что посчитают нужным страховые компании. Но другое дело, нужно понимать: если появится система гарантирования, то она будет создана за счет самих страховщиков, а не за счет государственного бюджета или средств Центрального банка. Я опасаюсь, что, когда такие идеи обсуждались, была попытка сказать: «А пусть государство нас прикроет!» Думаю, что тех механизмов по гарантированию вкладов и пенсий, которые уже созданы, на сегодняшний день достаточно.

ССТ: Банк России намерен принять меры к повышению качества компаний, выходящих на страховой рынок, в том числе будет проводить обязательный анализ их бизнес-планов. Как это будет осуществляться на практике, а судьи кто?! Не станет ли такой подход заградительным барьером для появления новых игроков и инвесторов на рынке?

Через несколько лет все страховые
компании привыкнут к тому, что их
бизнес-планы анализируются.

В. Ч.: Судьи — сотрудники Центрального банка, это очевидно. Мы пытаемся в Департаменте страхового рынка создать очень высокую компетенцию оценки бизнес-рисков и бизнес-моделей, которые на сегодня реализуются страховыми компаниями. Для этого мы нанимаем сотрудников с рынка, тех, кто имеет опыт работы в страховой индустрии, иногда на очень даже высоких позициях — менеджеров верхнего и среднего звена. Именно они будут оценивать бизнес-планы страховых компаний. Предложенные нами меры направлены на то, чтобы на входе на рынок компании изначально проходили строгий тест, доказывали органу страхового надзора способность реализовать свою стратегию. Что это не очередной пылесос для сбора денег, который через полгода или год будет нуждаться в банкротстве или санации. К сожалению, как показала практика, даже в крупных компаниях бизнес-планирование достаточно часто находится «на задворках». Или же нет желания показывать бизнес-планы регулятору, потому что это даст возможность увидеть ему проблемы страховщика. Ничего, шаг за шагом мы эту модель реализуем. Уверен, через несколько лет все страховые компании привыкнут к тому, что их бизнес-планы анализируются, и некачественный бизнес-план будет иметь определенные надзорные последствия.

ССТ: То есть работать по такому бизнес-плану будет запрещено? Или за компанией будет установлен жесткий контроль?

В. Ч.: Это не вопрос запрета. Компания должна осуществлять свою деятельность так, чтобы оставаться на плаву, чтобы, как минимум, быть безубыточной, а лучше — показывать прибыль. Бизнес-план должен это обосновывать. Если сегодня компания говорит, что хочет пойти в розницу, когда вся розница находится в крайне тяжелом положении, я очень серьезно задумаюсь о реалистичности таких планов. Если бизнес-план предусматривает прибыльную деятельность компании в некоторых депрессивных регионах — я сильно засомневаюсь, насколько долгосрочной она будет. И предположу, что убытки на следующий год «вынесут» такую компанию с рынка. Результатом нашей оценки могут быть практические надзорные требования в отношении той либо иной страховой компании по корректировке своей деятельности.

Страховые выплаты — это как раз то поле
деятельности, на котором страховым
компаниям есть куда развиваться.

ССТ: Изначальная проблема ОСАГО — это желание страховщиков получить прибыль за счет экономии на страховых выплатах. Бизнес-план будет показывать прибыль, но компания будет плохо платить. Как обеспечивать защиту клиентов, если страховая компания постарается максимально экономить на страховых выплатах?

В. Ч.: Оценка бизнес-плана — это не панацея от всех проблем! Тут вступает в силу Служба по защите прав потребителей, Департамент страхового надзора, которые должны контролировать фактическую рыночную дисциплину и качество оказания страховых услуг. Страховые выплаты — это как раз то поле деятельности, на котором страховым компаниям есть куда развиваться. К нам поступает огромное количество жалоб на несвоевременные выплаты, на их занижение, на требование излишних документов и на иные способы затягивания сроков или уменьшения выплат. С другой стороны, страховые компании, видя усилия регулирующего органа, тоже стали менять свои практики. Приведу хороший пример — введение «периода охлаждения». Он был сначала принят на уровне стандарта СРО — в правилах профессиональной деятельности — а потом закреплен нормативным актом ЦБ.

ССТ: Наш журнал сейчас начал проект по тестированию качества обслуживания клиентов. Мы из номера в номер будем публиковать обзор, включающий как лучшие практики, так и случаи некачественного обслуживания.

В рамках ОСАГО имеет смысл рассмотреть
вопрос замены денежной компенсации на
фактический ремонт автомобиля.

В. Ч.: Совершенно правильная инициатива! Мы — за активный общественный контроль в разных формах. Он может дать намного больше, чем отдельные надзорные мероприятия. Ресурс надзора ограничен, мы вынуждены сосредотачиваться на наиболее сложных участках. А общественный контроль при активном взаимодействии с потребителем может охватить все аспекты предоставления страховых услуг. Мы призываем всех потребителей, различные ассоциации, чтобы они незамедлительно обращались в нашу Службу по защите прав потребителей, представляли нам факты и документы, чтобы мы максимально быстро начинали проверку случаев злоупотребления со стороны страховых компаний. Например, мы недавно заявили о целесообразности внесения изменений в законодательство, чтобы сделать электронные продажи ОСАГО обязательными. Следующим шагом должно стать тестирование работоспособности этих электронных систем: насколько легко можно будет зайти на сайт и купить полис. И здесь общественный контроль нам мог бы помочь. Нам также важно понимать, как сегодня потреби-тель готов воспринимать те или иные страховые услуги. Например, если оформлен полис с франшизой, потребитель должен понимать, что часть риска несет он сам. Он должен идти на это с открытыми глазами. К сожалению, не все потребители к этому готовы. Опять-таки встаёт вопрос о повышении уровня финансовой грамотности.

ССТ: С защитой прав потребителей есть еще одна сложность — это бизнес юристов. Сейчас активно работают «автоюристы», «агроюристы», могут начать деятельность другие разновидности предпринимателей от юридической сферы. Как не свалиться в стимулирование подобного бизнеса?

В ряде случаев нужно менять
законодательство, чтобы суды, принимая
какие-то решения по искам «автоюристов»,
имели возможность однозначного
толкования норм закона.

В. Ч.: К сожалению, на сегодняшний день не свалиться туда очень сложно. По крайней мере, в области автострахования это уже свершившийся факт. И в агростраховании ниша открылась.

 

ССТ: Может быть, по другим направлениям страхования можно сразу делать «прививку»?

В. Ч.: Нельзя считать злом любое общество по защите прав потребителей или любых юристов. Наоборот, это очень полезная деятельность, ее нужно всячески поддерживать и культивировать. Другое дело, когда мы видим, что отдельные юристы или отдельные организации занимаются не защитой потребителя, а увеличением своего собственного благосостояния. А таких примеров немало! Главный универсальный рецепт — сделать бизнес таких «юристов» дорогим. Например, в рамках ОСАГО имеет смысл рассмотреть вопрос замены денежной компенсации на фактический ремонт автомобиля. Тогда получение денег будет более сложной историей для «автоюристов».

ССТ: Это задача только страхового сообщества или регулятор будет принимать участие в ее решении?

В. Ч.: Мне представляется, что без участия регулятора здесь не обойтись. Наша задача заключается в том, чтобы соблюсти баланс интересов. Если лоббистами изменений выступают только страховые компании, идет перекос в их пользу. Если лоббисты — правозащитные организации, то они не думают об интересах качественных игроков финансового рынка. Центральный банк в этом смысле где-то посередине. Он заинтересован, чтобы, с одной стороны, процветал страховой рынок, страховые компании были устойчивые. С другой стороны, Банк России обязан выполнять свою миссию — обеспечивать защиту прав потребителей. Он должен заботиться о том, чтобы услуги потребителям оказывались наилучшим образом. Поэтому, мне представляется, мы сможем найти некое сбалансированное решение.

Мы — за активный общ ественный
контроль в разных формах.

ССТ: У страховщиков много жалоб на решения, которые выносят судьи. Как может быть решена эта проблема?

В. Ч.: Что с судами все непросто, мы слышим постоянно. Если есть злоупотребления судей своими должностными обязанностями — давайте факты. К сожалению, с этим плохо. И тогда не надо наговаривать на судей. Будут факты — все будут с этим разбираться. Пока их нет, говорить не о чем. Однако нам точно понятно, что в ряде случаев нужно менять законодательство, чтобы суды, принимая какие-то решения по искам «автоюристов», имели возможность однозначного толкования норм закона и более четкие ориентиры для принятия решений.

ССТ: Помимо автоюристов у страховщиков еще другая головная боль — фальшивые полисы ОСАГО. Как можно решить проблему?

В.Ч.: Прежде всего, необходимо усилить взаимодействие как страхового сообщества, так и регулятора с правоохранительными органами. Если компании видят, что в регионах полисы ОСАГО продаются за 1000 рублей, то надо идти в правоохранительные органы с этой информацией. Также необходимо проводить разъяснительную работу, рассказывать автовладельцем о рисках, связанных с приобретением подделок. По сути, речь идет о повышении финансовой грамотности, и в этой работе должны принимать участие как страховое сообщество, так и Банк России. Кроме того, для борьбы с мошенничеством принципиально важно, чтобы фальшивки как можно быстрее выявлялись. Этого можно добиться через проведение проверки подлинности полиса в автоматическом режиме. Я очень надеюсь, МВД совместно с Российским союзом автостраховщиков запустят автоматизированную систему, которая позволит через камеры на дорогах по номеру автомобиля проверять, зарегистрирован ли на него полис в базе данных РСА. Если эта система заработает, то на дорогах с камерами использование фальшивки будет приводить к штрафу, что, безусловно, значительно снизит интерес автовладельцев к покупке подделок. А если не будет спроса, то не будет и предложения.

ССТ: Банк России продолжает уделять большое внимание созданию страхового механизма оказания помощи гражданам на восстановление имущества, утраченного в результате пожаров, наводнений и иных стихийных бедствий. Какой подход представляется вам наиболее эффективным: усиление пропаганды страхования или обязательность страхования в отдельных сегментах?

В. Ч.: Нам нравится та система, которая внедрена в Московском регионе. Она не является обязательной. Но с учетом удобства для потребителя, когда оплата страхового взноса происходит прямо по квитанции ЖКХ, эта услуга стала достаточно популярной. Практика показывает, что внедрение каких-то обязательных, вмененных форм страхования — очень опасная вещь. Мы постоянно начинаем натыкаться на проблему достаточности тарифа, на желание или нежелание страховых компаний оказывать эти виды услуг. Я за добровольность, которая тесно переплетена с пропагандой и популяризацией того или иного вида страхования.

Я очень надеюсь, МВД совместно
с Российским союзом автостраховщиков
запустят автоматизированную систему,
которая позволит через камеры
на дорогах по номеру автомобиля
проверять, зарегистрирован ли на него
полис в базе данных РСА.

ССТ: Кто должен заниматься популяризацией страхования?

В. Ч.: Если региональные власти продумают механизм донесения до потребителей всех выгод, связанных со страхованием имущества, это уже будет колоссальный шаг вперед относительно того уровня, который мы имеем сейчас. Мое глубокое убежде-ние, что без их участия не обойтись. Страховые компании также должны активно продвигать данный продукт через различные каналы. ССТ: В планах ЦБ дальнейшее совершенствование российского законодательства в сфере санации и банкротства страховых организаций. Что будет сделано?

В. Ч.: В Госдуме готовится ко второму чтению законопроект, который решает несколько очень важных вопросов по банкротству страховщиков. Первый — руководителем временной администрации будет назначаться сотрудник Центрального банка, а не саморегулируемой организации. Сейчас это очень сложный процесс, и мы не всегда можем обеспечить качество и заинтересованность такого руководителя в правильном результате. Второй момент — конкурсным управляющим становится Агентство по страхованию вкладов. Это также принципиально важно: фактически мы замыкаем процедуру на себя и будем пытаться получить максимальный экономический эффект от банкротства той или иной страховой организации. Наши ближайшие планы — предложить изменения законодательства, связанные с санацией страховых компаний. Мы планируем пойти по пути кредитных организаций, чтобы более активно использовать передачу портфелей, иметь возможности для нахождения инвесторов и в некоторых необходимых случаях использовать ресурс государства, чтобы восстанавливать деятельность крупной, системно значимой страховой компании.



ЖУРНАЛ №2, АПРЕЛЬ 2016
АВТОРСКИЙ ТРЕНИНГ: ПРОДАЖИ БЕЗ ОБМАНА

Уважаемые читатели!

С 1 апреля  стоимость абонентской платы  за пользование программой Экспресс –аналитика страхового рынка составляет 1000 руб. в месяц. Для оплаты услуги войдите в личный кабинет или зарегистрируйтесь:

Внимание!

Подписчики печатной версии журнала могут пользоваться программой бесплатно в течении всего срока подписки.

Реклама партёров