Как будет развиваться рынок экологического страхования на фоне аварии в Норильске, пандемии и изменений в законе?

Так, были внесены изменения в закон о защите окружающей среды и отдельные законодательные акты Российской Федерации. Теперь компании, чья работа связана с нефтепродуктами, обязаны до 2024 года разработать планы по предупреждению и ликвидации разливов нефти. Закон также предусматривает переходный период в отношение планов, утвержденных до вступления закона в силу. Такие планы будут действовать до истечения срока, на который они были составлены, или до даты утверждения новых планов. При этом уже сейчас компании, работающие с углеводородами, должны позаботиться о механизме финансового обеспечения на случай предупреждения или ликвидации разливов. Одной из доступных форм финансового обеспечения, среди прочих, является договор страхования.  

«Авария в Норильске бесследно не прошла. Законодатели внесли изменения в федеральный закон, а компании, которые так или иначе связаны с нефтедобычей, испытают на себе эти нововведения. Законодательные новшества, безусловно, придадут импульс развитию экологического страхования в России», — сказал Роберт Купреишвили.

Спрос на экологическое страхование в России в прошлом году хоть и незначительно, но вырос, отметил эксперт. Многие компании еще не понимают, какой размер должен быть у требуемого финансового обеспечения – правительство пока не утвердило методику расчета. Однако некоторые уже обратились к страховщикам за конкретными предложениями.

Кроме того, стоит отметить, что у крупнейших компаний, занимающихся нефтедобычей, уже есть страховые полисы, в той или иной степени включающие элементы комплексного экологического страхования, напоминает эксперт. Некоторые рассчитывают, что этого будет достаточно, другие просто расширяют объем и состав покрытия.

При этом свое влияние на рынок экологического страхования оказывает и пандемия. Те компании, которые уже покупают комплексные программы по страхованию общегражданской ответственности, стремятся по крайней мере сохранить те же покрытия и те же лимиты ответственности, при этом по возможности уменьшив стоимость полиса.

«Насколько нам известно, ни одна из крупных нефтедобывающих компаний не приобрела новую для себя страховую программу в прошедшем году. Очевидно, это связано с последствиями пандемии. Мало кто готов в текущей ситуации, когда у многих крупных (и не только) компаний наблюдается существенный спад прибыли и объемов производства, выделять дополнительные средства на покупку таких программ», — пояснил Роберт Купреишвили.

И все же нет никаких сомнений, что изменения в законе приведут к тому, что целый ряд компаний выберут в качестве финансового обеспечения именно полис страхования ответственности за загрязнение окружающей среды и убытков, связанных с загрязнением, ожидает эксперт. Именно благодаря этому на рынке экологического страхования и перестрахования будет некоторый всплеск, несмотря на все экономические сложности.

Пока что сравнивать российский рынок экологического страхования с зарубежными сложно. В других странах экострахование прирастает на 15-20% в год, поскольку там уже давно предусматривается более строгая форма ответственности за нанесение экологического вреда. Наш рынок сейчас только формируется, но к 2024 году такое сравнение может быть вполне уместно, заключает Роберт Купреишвили.