• 16 ноября, 2026

Одобрено РНПК

Сонин Алексей

Руководитель инженерного центра АО РНПК

Одобрено РНПК

Инженерный центр РНПК за семь лет своей работы не только стал надежной поддержкой андеррайтеров, но и превратился в методологический и консалтинговый центр для страховщиков и их клиентов. Руководитель центра Алексей Сонин рассказал о том, почему так важны стандарты, и зачем нужны чек-листы.

ССТ: Какие цели и задачи ставились перед Инже­нерным центром при создании?

Алексей Сонин: Нашему Инженерному центру уже 7 лет. Основной целью его создания было, без­условно, содействие андеррайтингу в оценке рисков.

Думаю, что решение переложить инженерно-тех­ническую часть на отдельное подразделение ускорилось из-за убытка на Калининградском терминале. Это был один из самых первых крупных убытков, которые урегулировала РНПК. Дело в том, что объект оказался не завершен к моменту начала штормов на Балтийском море, и эти штормы его разбили. Если бы он был завершен, то выдержал бы напор стихии.

Стало очевидно, что андеррайтерам нужно техни­ческое консультирование — второе, узкоспециали­зированное мнение относительно того или иного риска. Если этот риск нефтегазовый, то по нефтега­зовой отрасли, если энергетический — по энергетике и др. Собственно, тогда и было принято решение создать Инженерный центр с экспертизой в различных отраслях, чтобы более эффективно управлять рисками, кото­рые берет на себя РНПК.

ССТ: Как подбирали команду?

А. С.: При трудоустройстве в РНПК меня спросили: «А ты многостаноч­ник?». Имелась в виду готовность работать с разными объектами. У меня строительное и энергетическое образование, работал я в обеих отрас­лях, несколько лет был риск-инжене­ром в СОГАЗ, то есть насмотренность у меня была достаточно хорошая.

Вопросы множились, и мы эволюционно пришли к тому, что нужно выпускать стандарты, создать единую базу определений на всем рынке

Поначалу команда была неболь­шая. Я «закрывал» промышленные объекты, мой коллега — склады, торгово-развлекательные центры, бизнес-центры и др. Позже мы взяли человека для развития экспертизы в области морского перестрахования. Потом к нам присоединились специа­листы в области нефти и газа.

Следующий этап развития Инже­нерного центра наступил в 2022 году. С началом СВО возрос объем рисков для перестрахования в РНПК, нужно было срочно набирать людей. Сильно увеличивалось количество осмотров предприятий, в нашем портфеле появлялись объекты из новых для нас отраслей.

Стало очевидно, что андеррайтерам нужно техническое консуль­тирование — второе, узкоспециализирован­ное мнение относи­тельно того или иного риска. Если этот риск нефтегазовый, то по нефтегазовой отрасли, если энергетический — по энергетике и др.

ССТ: Помимо количественных измене­ний, наверное, и качественно работа стала иной?

А. С.: До 2022 года по многим рискам мы участвовали только в обязатель­ной цессии, соответ­ственно, следовали за лидером перестрахо­вания. Нам требовалась своя оценка для вну­тренних целей. А после 2022 года, когда доля РНПК в рисках выросла в разы, на нашу оценку риска ориентировались уже остальные участни­ки страхования. Тогда встала проблема мето­дологии: как правильно оценивать риск, как тот или иной параметр оцениваемого зда­ния влияет на общую оценку риска? Вопросы множились, и мы эволю­ционно пришли к тому, что нужно выпускать стандарты, создать единую базу определений на всем рынке.

Первое, чем мы занялись, было определение максимально возможно­го убытка (МВУ). Мы собрали мнения со всего рынка, поняли, где точки соприкосновения, провели свою ме­диану и сформулировали для всех, как считаем МВУ для различных типов рисков: наводнений, землетрясений, огня.

Риск-инженерное сообщество доста­точно маленькое, мы все друг друга знаем, все охотно согласились, что ра­ботать на одном понятийном аппарате проще, удобнее и эффективнее.

ССТ: Потом решили взяться и за дру­гие стандарты?

А. С.: Любая оценка риска приводит к вопросу о том, сколько должно сто­ять датчиков и спринклерных голо­вок, какая система пожаротушения будет эффективной для сохранности имущества и др. Нормы законода­тельства в первую очередь направ­лены на сохранение жизни и здоро­вья людей, но никак не имущества. Какие-то зарубежные нормы просто органически нам не подходят.

Так появилась потребность выпу­скать наши требования к имуществу клиентов, чтобы понять, что такое хорошо и что такое плохо. Условно: две спринклерные головки в этом помещении — это среднее качество риска, а шесть — это уже хорошее качество риска, поскольку мы уверены, что возгорание точно будет потуше­но. В рамках подготовки стандарта по спринклерным системам пожароту­шения тоже проделана большая рабо­та — наши коллеги сравнили западные системы пожаротушения и отечествен­ные, чтобы взять и соединить самое лучшее.

В этом году мы заканчиваем раз­работку двух стандартов — по ос­нащению пожарной сигнализации и по спринклерной системе пожаро­тушения. Представим их в декабре на ежегодной конференции риск-ин­женеров, которую проводит РНПК.

ССТ: Эти стандарты добровольные или обязательны для страховщиков?

А. С.: Это внутренние стандарты РНПК, но они открыты для всего рын­ка. Страховщики и собственники пред­приятий могут брать их на вооружение и пользоваться ими. Есть достаточно большие корпоративные клиенты, которые проектируют новые здания, сооружения и производственные корпу­са, основываясь на наших стандартах.

Сейчас мы собираем обратную связь от рынка, чтобы определить, какие стандарты будем выпускать в следующем году

Из положительного можно отме­тить, что отдельные клиенты оза­ботились проблемой сохранности имущества, поскольку зачастую соб­ственник теряет гораздо больше того, что он страховал. А самое главное, он теряет время на получение выплат, на строительство нового склада, соот­ветственно, теряет долю рынка.

Сейчас мы собираем обратную связь от рынка, чтобы определить, какие стандарты будем выпускать в следую­щем году.

Дополнительно мы выпускаем бюл­летени — короткие записки не столько для страховщиков, сколько для их клиентов. Например, бюллетень по снеговым нагрузкам: что может произойти с крышей, если за ней не следить, и чек-лист — что нужно сделать для того, чтобы не было обру­шения. Очень прикладной документ.

Допустим, риск-инженер приезжает на объект и видит, что снег скапли­вается на крыше — он может опера­тивно предоставить такой бюллетень собственнику объекта. И так по всем важным для объектов проблемам.

Более подробные и детальные доку­менты, которые мы разрабатываем, — это дайджесты. Мы выпустили их уже около 20 по различным отраслям промышленности. В них представлено краткое описание отрасли, а также подробно рассматриваются и анали­зируются характерные для нее риски, представлены конкретные примеры их реализации и наши рекомен­дации по снижению этих рисков. Мы размещаем дайджесты в том числе на аналитическом портале РНПК, чтобы они были доступны и страхо­вому рынку, и клиентам, и всем, кому это необходимо.

Более подробные и детальные документы, которые мы разрабаты­ваем, — это дайджесты. Мы выпустили их уже около 20 по различным отраслям промышленно­сти. В них представлено краткое описание от­расли, а также подробно рассматриваются и ана­лизируются характерные для нее риски

ССТ: Оказываете ли вы консультаци­онную помощь предприятиям и стра­ховщикам?

А. С.: Да, конечно, и страховщикам, и их клиентам мы можем и постоянно оказываем помощь в оценке рисков, консультируем по поводу рискозащи­щенности их предприятий и объектов страхования. Страховщики подхвати­ли эту идею, поняли, что и им нужны свои инженерные центры, начали у себя взращивать таких же специа­листов. Мы сотрудничаем с такими центрами.

Кроме того, РНПК вступила в Тех­нический комитет 274 по пожарной безопасности ВНИИПО, который рассматривает все законодательные инициативы в области пожарной безопасности и пожарной защи­ты. Это важно, чтобы держать руку на пульсе и иметь возможность давать свои комментарии к новым государ­ственным нормативным актам, самим предлагать изменения в регулирова­ние в области пожарной безопасности.

Первая задача, кото­рую мы видим, — стан­дарт по пожаротушению мезонинов. Это большая проблема для пожарной науки. По сути дела, мезонины — это здания внутри зданий, где пока нет никаких нормативов по пожарной безопас­ности. Мы принимаем участие в рассмотрении этого документа, даем свои комментарии по поводу оснащения мезонинов си­стемами пожаротушения.

Мы хотим, чтобы в перспективе на рынке появился знак «Одобрено РНПК». В этом направлении я вижу дальнейшее развитие нашего Инженерного центра

ССТ: Какие планы по развитию Инже­нерного центра?

А. С.: У нас есть большая задача — проект «Одобрено РНПК».

Например, на западных рынках веду­щие страховщики имеют собственные стандарты по противопожарному оборудованию, и клиенты обраща­ются к ним за экспертизой, чтобы разобраться в качестве и соответствии того или иного оборудования. Исходя из этого опыта и практики, мы хо­тим, чтобы в перспективе на рынке появился знак «Одобрено РНПК». В этом направлении я вижу дальней­шее развитие нашего Инженерного центра: усиление методологической базы и проведение испытаний проти­вопожарного оборудования, а также различных строительных решений, которые позволяют минимизировать ущерб.

Похожие статьи

Прозрачность выгодна для всех

Прозрачность выгодна для всех

Российская Национальная Перестраховочная Компания, выступая основным инфраструктурным игроком на рынке корпоративного страхования, развивает собственную аналитику для более точной оценки рисков и…
Как дополнять друг друга в интересах пациентов

Как дополнять друг друга в интересах пациентов

Пациентские и страховые организации располагают разными возможностями, которые могут дополнять друг друга, чтобы существенно влиять на качество и доступность медицинской помощи.…
ОМС: пришло время меняться

ОМС: пришло время меняться

Страховщики вырабатывают предложения о том, как может трансформироваться их роль в системе ОМС с учетом актуальных вызовов и целей государственной политики…