• 28 февраля, 2023
  • 101

ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ СТРАХОВОМУ МОШЕННИЧЕСТВУ ЧЕРЕЗ ИНСТИТУТ ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЯ ПРАВОМ

Полина-Сташевская Анна

Заместитель генерального директора по юридическим вопросам СПАО «Ингосстрах»

ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ СТРАХОВОМУ МОШЕННИЧЕСТВУ ЧЕРЕЗ ИНСТИТУТ ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЯ ПРАВОМ

Заместитель генерального директора по юридическим вопросам СПАО «Ингосстрах» Анна Полина-Сташевская не только на практике борется со злоупотреблением правом, но и в качестве темы для диссертационного исследования выбрала доказывание форм злоупотребления правом в страховых спорах. В своем интервью она рассказала, что порой мешает юристам быть успешными в этой борьбе в судах.

Анна Полина-Сташевская

Анна Полина-Сташевская
Заместитель генерального директора
по юридическим вопросам
СПАО «Ингосстрах»

Современные страховые технологии: Какая доля судебных споров по страхова­нию связана с проявлением злоупотребле­ния правом?

Анна Полина-Сташевская: Официальной статистики, как отдельной категории граж­данских дел, нет, но следует отметить, что су­дами в последние три года все чаще в судеб­ных актах применяются положения статьи 10 Гражданского Кодекса РФ, закрепляющей в нашей стране принцип недопустимости злоупотребления правом.

Смысловое содержание института злоупо­требления правом основано на недопусти­мости осуществления гражданских прав ис­ключительно с намерением причинить вред другой стороне, действий в обход закона с противоправной целью или иное заведомо недобросовестное осуществление прав.

Такая конструкция имеет очень оценочный характер и судьи вынуждены по каждому конкретному делу устанавливать конкрет­ные обстоятельства. Многоаспектная при­рода института «злоупотребления правом» выступает «правовой заплаткой» для урегу­лирования правоотношений сторон, когда доказать мошенничество невозможно.

Важно отметить, что дискуссионным остается вопрос о признании легальной дефиниции «злоупотребления правом» в указанной статье, что также порождает сложности в доказывании форм злоупотре­бления правом.

Для меня институт «злоупотребления правом» стал «спасательным кругом» в доказывании по убыткам с признаками мошенничества.

ССТ: Вы можете привести примеры для понимания того, как работает этот механизм?

А. П.-С.: В качестве примера можно при­вести судебный спор по иску о взыскании страхового возмещения по сгоревшему дому. Кейс представляет интерес, так как содержит в себе много форм злоупотре­бления правом, реализованных на разных этапах: заключение договора страхования, исполнение договора и судебный этап. Так, при заключении договора страхования страхователь ввел страховщика в заблужде­ние относительно характеристик дома, его стоимости. Все действия носили достаточно продуманный характер со стороны страхо­вателя и являлись подготовительным эта­пом. После пожара дома, произошедшего через незначительный срок после заключе­ния договора, вторым этапом реализации было позднее уведомление о событии, искусственная подсудность в студенческом общежитии, непредставление документов.

Одним из инструментов противодей­ствия злоупотреблению правом выступает процедура заключения договора страхова­ния и используемое заявление на страхо­вание как отдельный документ или часть договора. Важно то, что этот инструмент законодатель в качестве правового регу­лирования предусмотрел и в статье 944 ГК РФ, обозначив статус заявления на страхо­вание и закрепив последствия сообщения заведомо ложных сведений в заявлении в виде возможности признания договора страхования недействительным.

ССТ: Почему тогда возникает необходи­мость в использовании злоупотребления правом, если есть специальное регулирова­ние в законе, например, статья 944 ГК РФ?

А. П.-С.: Сформированная судебная прак­тика по признанию договоров страхования недействительными долгие годы не помо­гала страховщикам в борьбе с недобросо­вестными страхователями. Зачастую под маской «слабого потребителя» выступало выкупившее права требования лицо. Суды толковали понятие «заведомость» как эле­мент исключительно уголовно-правового содержания и указывали на необходимость представления единственного относимого доказательства — приговора суда.

При этом правоохранительные органы ссылались на гражданско-правовой аспект во введении страховщика страхователем в заблуждение при заключении договора и отказывали в возбуждении уголовного дела. Такая ситуация отри­цательно влияла на модифи­кацию форм злоупотребле­ния правом.

Основной вектор в из­менении подходов внесли конкретные судебные акты Верховного Суда РФ, обо­значившие необходимость во включении в предмет доказывания проверку добросовестности сторон. Судья Верховного Суда РФ В.В. Момотов одним из пер­вых обосновал значимость злоупотребления правом для страховых споров при сложности доказать мошен­ничество.


ДЕЛО О РАЗБОРЕ ТРАНСПОРТНОГО СРЕДСТВА

Страхователь подал заяв­ление, что транспортное средство было разукомплек­товано в гараже. Был заявлен ущерб в связи с противоправ­ными действиями третьих лиц в рамках договора каско. Страховщик должен был компенсировать расходы по восстановительному ремонту, но выиграл дело в суде, используя идеологию злоупотребления правом. При этом ни приговора, ни квали­фикации мошенничества со стороны правоохранительных органов не было.

В суд были представлены до­кументы, которые позволяли сомневаться в том, что это со­бытие могло произойти. Далее была назначена экспертиза, чтобы установить, можно ли было разобрать машину с та­кими габаритами в объемных характеристиках гаража.

Также было установлено, что все предыдущие машины, ко­торыми владел этот страхова­тель, не были такими дороги­ми. Анализ цепочки владения этим автомобилем выявил ряд сомнений в части сделок. Также через соцсети удалось выяснить, что заявитель сам занимается авторемонтными работами. Таким образом, были сформированы цепочки требований к доказыванию позиции страховщика. Перед судом была обозначена потребность в оказании содействия в истребовании доказательств (ст. 57 Граж­данско-процессуального кодекса).


ССТ: На что следует об­ращать внимание при рас­смотрении дел по страхо­вым спорам, если доказать мошенничество сложно, но явные признаки его имеются?

А. П.-С.: Полагаю, что не­обходим детальный анализ всей хронологии развития отношений от даты заклю­чения до обращения в суд.

ССТ: Какие примеры форм злоупотребления правом Вы можете выде­лить из конкретных дел?

А. П.-С.: Непредставле­ние транспортных средств на осмотр со ссылкой на его нетранспортабельность одна из таких форм злоупотре­бления правом. Потерпев­ший указывает страховщику, что он лишен возможности в силу закона эксплуатиро­вать машину или техниче­ски не может сделать это из-за повреждений в ДТП, а по результатам проверки по сайту ГИБДД по штра­фам транспортное средство передвигается или осматри­вается в другом месте псев­донезависимым экспертом без доставки транспортного средства эвакуатором.

Судебная власть обратила внимание на такие инци­денты и уже есть решение об отказе в исках, если име­ет место реальное злоупо­требление правом.

Скрытая цессия также актуальная форма злоупо­требления правом. Инсти­тут страхования направлен на защиту интересов стра­хователя, которому придали статус потребителя, а выку­пившее права требования лицо использует подсуд­ность по месту жительства, освобождается от уплаты госпошлины, используя это как системный доход. В ка­честве одного интересного примера приведу дело, когда такая схема была раскрыта: после проигранного дела был представлен договор цессии, якобы заключен­ный до подачи иска в суд, но о котором якобы забыли.

В век цифровизации возникают новые формы злоупотреблений, выража­ющиеся в новых способах введения страховщика в заблуждение относитель­но характеристик объек­та страхования, режима использования.

Искусственная подсуд­ность — это форма процес­суального злоупотребления.

В Краснодарских судах были истцы по стра­ховым спорам, которые каждый месяц меня­ли регистрацию и судились в разных судах, при этом фактически в места регистрации не въезжали, подавали массовые иски стра­ховщикам.

Дробление исков тоже было неким трен­дом, но судьи в одном из регионов сформи­ровали жесткий подход в недопустимости этого злоупотребления, вынесли решения об отказе в исках как способах дохода (Санкт-Петербург, Москва, Волгоград). Все формы недобросовестности влияют на доверительный характер страхо­вых отношений. Именно в стра­ховых отношениях принцип uberima fides (наивысшей добросовестности) играет ключевое значение в реа­лизации прав и обязанно­стей сторон, но и в нашей текущей действительности не имеет реальных меха­низмов судебной защиты при обмане. Я считаю необходимым акцентировать внимание судейско­го сообщества на прецедентных спорах, осложненных злоупотреблением правом.

С введением института Финомбудсмена противодействие злоупотреблению правом стало возможно на этапе досудебного уре­гулирования. В частности, механизм иден­тификации потребителя и невозможность необоснованного заявления штрафных санкций — одна из контрмер злоупотребле­нию правом.

ССТ: Что может способствовать со­кращению факторов злоупотребления правом в страховании и предоставить возможность доказывать его в суде?

А. П.-С.: Необходимо реагирование правоохранительных органов на заявления о мошенничестве и покушении на мошен­ничество. В 2017 году принято Постановле­ние Пленума ВС РФ №48, которым были даны разъяснения в толковании понятия мошенничества и его способов и субъек­тов. Однако изменения ситуации с мошен­ничеством страхователей кардинально не последовало. Официальная статистика по поданным заявлениям свидетельствует о том, что проблема мошенничества сохра­няется, а формы злоупотребления меняют­ся в зависимости от вида страхования.

Важно единообразие подходов судов в квалификации правоотношений как не­добросовестных и применение положений ст.10 ГК РФ, поскольку в ином случае недо­бросовестный страхователь «использует» судебную власть в качестве платфор­мы для получения выгоды, об­манывая всех, искусственно маскируясь под обманутого потребителя.

Полагаю, что ярким примером могут быть дела, в которых происхо­дит смена формы возме­щения по ОСАГО, когда страхователь искусственно создает ситуацию, не пред­ставляет машину на ремонт, имитирует факт невозможности ремонта путем постановочных видео. Только правильная реакция правопримени­теля способна защитить права истинного потребителя.

Я считаю, что суды могли бы повлиять на снижение мошенничества в сфере стра­хования, используя институт злоупотре­бления правом, проверяя и устанавливая все обстоятельства, оказывая содействие страховщику в порядке ст. 57 ГПК РФ, ука­зывая в мотивировочной части судебных актов, в чем заключается недобросовест­ность, намерение страхователя на причи­нение вреда.

При этом, конечно, важны правильные процедуры заключения договора, правиль­ность используемых правовых конструк­ций, проверочные механизмы. Однако необходимо учитывать, что страховщик ограничен в легальных возможностях официальной проверки, сроках, в особом доверительном характере отношений.

Читать статью в pdf формате

Похожие статьи

Пожаров из-за коротких замыканий становится больше: «Ингосстрах» рассказал о…

За период с 22 марта по 4 апреля «Ингосстрах» выплатил своим клиентам более 55 миллионов рублей в сегменте страхования имущества физических…
ВСС поддерживает поправки, обязывающие регионы разрабатывать программы страхования жилья от ЧС

ВСС поддерживает поправки, обязывающие регионы разрабатывать программы страхования жилья…

Всероссийский союз страховщиков (ВСС) поддерживает поправки к закону о страховании жилья от чрезвычайных ситуаций, делающие обязательной разработку программы страхования жилья от…

Откройте рот шире: «Ингосстрах» и «Будь Здоров» подвели итоги…

Один из самых популярных видов помощи в составе полисов добровольного медицинского страхования (ДМС) – стоматология.