• 3 марта, 2024
  • 37

СОЦИАЛЬНО ОТВЕТСТВЕННЫЙ СКЛАД

Сонин Алексей

Руководитель инженерного центра АО РНПК

Зибрин Алексей

Начальник Управления перестрахования имущества

Осипов Борис

Советник президента РНПК по урегулированию крупных убытков

СОЦИАЛЬНО ОТВЕТСТВЕННЫЙ СКЛАД

Неугасающая регулярность крупных убытков в сегменте складских комплексов подтверждает, что рискозащищенность таких объектов требует постоянного повышенного внимания как со стороны собственника объекта, так и с стороны страховых компаний. В каком формате следует внедрять страховую культуру в логистический бизнес, мы обсудили с ведущими экспертами Российской Национальной Перестраховочной Компании. На вопросы журнала ответили руководитель Инженерного центра Алексей Сонин, начальник управления перестрахования имущества Алексей Зибрин и советник президента РНПК по урегулированию крупных убытков Борис Осипов.

ССТ: После последнего крупного пожара на скла­де тема страхования складов сейчас особенно актуальна?

Алексей Зибрин: Безус­ловно, триггером для повы­шенного уровня заинтере­сованности в страховании подобных объектов чаще всего становится насту­пление события, связанное с крупным пожаром. По­следний известный рынку случай пожара на крупном логистическом комплексе, конечно, не исключение. Подобные объекты всегда признавались страховщи­ками тем сегментом, в кото­ром присутствует повы­шенный уровень риска.

Опираясь на опыт уре­гулирования убытков прошлогодних катастрофи­ческих пожаров, мы вынуж­дены были предпринять ряд шагов, чтобы несколь­ко «оздоровить» данный сегмент на рынке: рекомен­довали страховщикам более тщательно и на регулярной основе проводить предстра­ховые осмотры с фиксацией и контролем выполнения выявленных рекомендаций, разработали соответству­ющие оговорки, которые должны включаться в дого­воры, развернули пилотный проект по собственному ценообразованию в склад­ском сегменте на основании полученной рыночной статистики. Важно отме­тить, что все перечислен­ные меры разрабатывались в плотном взаимодействии с экспертами страхового сообщества, и мы благо­дарны участникам за их вклад в решение данной проблемы.

В рамках существующей до недавнего времени статистики мы, как и весь рынок, не предполагали, что события в складском сегменте, которые приво­дят именно к многомил­лиардным убыткам, могут случаться с такой часто­той, которую мы сейчас наблюдаем, то есть прак­тически один раз в год. Одну из причин подобного явления мы видим именно в том, что внимание к обе­спечению безопасности на объектах достаточно бы­стро ослабевает. И очеред­ной пожар показал нам, что профилактическую работу прекращать нельзя.

В то же время мы видим, что в целом предпринятые меры не были напрасны. Наша политика по вве­дению оговорок и огра­ничений была правиль­ной. Сегодня мы еще раз напоминаем страховому сообществу о необходимо­сти взвешенных решений в отношении складских комплексов. Нужно про­должать активную работу со страхователями на пред­мет добросовестного отно­шения к ведению бизнеса.

ССТ: Говорят, что любой пожар в самом начале можно залить стаканом воды. Что не так в системе пожарной безопасности, раз огромные складские комплексы выго­рают полностью?

Алексей Сонин: В истории Советского Союза такие большие комплексы никогда не эксплуатировались. На Западе этот опыт есть: в процессе урегулирования подобных убытков западные страховщики смогли выработать свод правил, который помогает снизить риски на объектах. Мы к этому только подходим.

Основная проблема в России с точки зрения обеспечения безопасности склад­ских комплексов состоит в том, что главные требования пожарной безопасности при их проектировании направлены на сохра­нение жизни людей. Мы видим результаты такого подхода — на последнем пожаре люди не пострадали, в то время как объект выгорел полностью.

ССТ: То есть, в полностью автоматизи­рованном, безлюдном складском ком­плексе могут быть самые минимальные требования к пожарной безопасности?

Алексей Зибрин: Собственники подоб­ного бизнеса в настоящее время строят громадные площади от 100 до 300 тыс. кв. м. Стоимость товарно-материальных ценностей, находящихся на этих площа­дях, может доходить до сотен миллиардов рублей в рамках одного здания, что дает крайне высокую пожарную нагрузку.

Алексей Сонин: При строительстве подобных логистических комплексов раз­рабатываются специальные технические условия с учетом «пожарного риска». Все мероприятия, расчеты, действия направле­ны в основном на то, чтобы люди с объекта успели эвакуироваться. Цели защищать имущество при расчете пожарного риска не ставится.

ССТ: Да, жизни людей — это самое глав­ное. Но что может предпринять собствен­ник для спасения имущества?

Алексей Сонин: Собственник может по­вышать уровень безопасности на объекте. РНПК очень важно наглядно показать, что такое хорошая рискозащищенность. Для этого в прошлом году на нашей конфе­ренции риск-инженеров мы презентовали дайджест, посвященный объектам хране­ния. В нем мы описали, что в нашем пони­мании считается хорошим складом именно с точки зрения сохранности имущества. Составляя дайджест, мы постарались акку­мулировать весь опыт российских страхо­вых компаний, а также опирались на опыт зарубежных коллег.

30 % складов в России застрах

Алексей Зибрин: Еще одна серьезная проблема состоит в том, что рекомендации Инженерного центра РНПК в ряде случаев не воспринимаются собственниками таких объектов. Строительство крупных логи­стических комплексов находится в стадии бурного роста, при этом качество заметно отстает. Если площадок у собственника много, то аппарат управления не всегда может отследить, что происходит с обе­спечением безопасности на местах. К тому же, чтобы изучить наши рекомендации, вызвать инженеров из страховой компа­нии и провести экспертизу, нужно базово осознать наличие риска. Многие собствен­ники по привычке полагаются на русский «авось» и думают, что с ними ничего не случится, тем более если крупный пожар уже произошел в прошлом году, то следу­ющий будет лет через 10. Соответственно, бюджет на страхование обычно находится в последнем приоритете при планировании расходов.

ССТ: Логично, что государство, забо­тясь о жизни граждан, не предъявляет требований к сохранности имущества собственника — это ведь его ответствен­ность. Возможно, отсутствие замечаний со стороны Пожнадзора создает ил­люзию безопасности объекта не толь­ко в отношении жизни работников, но и имущества?

Алексей Сонин: С такой позицией мы по­стоянно сталкиваемся, когда приезжаем на объекты. В большинстве случаев ответ­ственные работники предприятия говорят, что все выполнено в соответствии с про­ектом. Нашей задачей становится как раз обращать внимание страхователя на риски с точки зрения сохранения имущества. Это совершенно иной подход.

Инженерный центр при осмотре пред­приятия создает список рекомендаций по улучшению качества риска. Если пожарная служба ищет нарушения своих требований, то мы показываем слабые места, которые могут влиять на сохран­ность имущества. Конечно, нельзя сказать, что идеальный склад никогда не сгорит. Проведение инженерного осмотра не равно отсутствию убытка. Но следование нашим рекомендациям снижает вероятность его наступления.

Алексей Зибрин: Чтобы получить от страховщика адекватную ставку тарифа при страховании имущества, клиенту, без­условно, нужно реализовать план меропри­ятий, согласованных с инженерной служ­бой страховщика. Даже если качество риска ниже среднего, мы стараемся не отказы­вать в предоставлении перестраховочной защиты и предлагаем меры по улучшению состояния безопасности на объекте.

План мероприятий и график исполнения наших рекомендаций может быть состав­лен с учетом бюджетных ограничений клиента. Мы понимаем, что есть меры, которые страхователь объективно не может выполнить быстро. Такой подход также предусматривает внесение особых условий в договор страхования/перестрахования.

ССТ: Может ли страховая компания заключить договор страхования объекта, понимая, что риски пожара на нем доста­точно велики?

Алексей Зибрин: Большинство стра­ховщиков обязательно оценивают риск при принятии объекта на страхование. Страховщик понимает уровень ответ­ственности самого страхователя, готов ли он выполнять рекомендации по улучше­нию качества рисков.

Бывают случаи, когда страхователи не до­пускают страховщиков на осмотр, теша себя иллюзиями, что можно обратиться к дру­гому страховщику и договориться с ним о страховании без осмотра. Но положитель­ная динамика есть: страховщики осознают, что принятие плохих рисков чревато послед­ствиями. Рынок начинает меняться.

Алексей Сонин: Нужна стандартизация подходов. В части оценки риска мы при­зываем всех заинтересованных лиц поль­зоваться нашими документами по разным отраслям промышленности. В своих реко­мендациях мы показываем, как должен вы­глядеть идеальный объект хранения. Также в этих документах мы продвигаем подходы к расчету максимально возможного убытка (МВУ). В наш дайджест включены идеи всех ведущих риск-инженеров страхового рынка. Если мы, как перестраховщики, в чем-то с ними не согласны, то стараемся обсуждать и достигать консенсуса. Объек­тивный подход очень важен.

Всем нашим клиентам мы готовы бесплатно предоставлять услуги по оценке риска на стадии проектирования объ­екта, и разъяснять, какими техниче­скими средствами можно повысить его защищенность.

на 80 % совпадают рекомендации инженерных центров страховщиков с нашими рекомендациями. Наше видение в части оценки качества складских рисков становится примерно одинаковым. Это очень важно.

ССТ: Возможно, нужно поставить стра­хователям жесткие условия по уровню рискозащищенности имущества?

Алексей Сонин: Мы сторонники эво­люционного пути развития, и не говорим клиенту: «Сделай раз, сделай два». Мы рекомендуем, рассказываем и показываем. Это правильный метод донесения ин­формации. Мы не приверженцы издания законов и принятия однобоких жестких мер. Собственник сам должен осознать и понять свою ответственность за имуще­ство.

Борис Осипов: Мы видим, что ри­скозащищенность складского бизнеса на сегодняшний день недостаточна. В ряде последних случаев с крупными убытками объекты не были застрахованы. Стра­ховое сообщество должно проводить разъяснительную, воспитательную работу с клиентами, постоянно напоминать об ответственности собственника за свое имущество.

Для крупных складских комплексов характерна ответственность перед дру­гими предприятиями, которые доверили на хранение свой товар. Хорошо, если у собственника конкретного склада есть свободные средства, и он может покрыть все убытки. Однако в случае, если таких денег у него не окажется, то ситуация будет развиваться по принципу домино. Может начаться волна банкротств пред­приятий, товар которых находился на этом складе. Можно сказать, что крупные ло­гистические комплексы — это социально ответственный бизнес.

ССТ: Как будет урегулироваться убыток, если план-график мероприятий по улуч­шению риск-защищенности предприятия был составлен, но не был выполнен?

Борис Осипов: Для правильного уре­гулирования убытка очень важна кор­ректность составления договора стра­хования с учетом аспектов, отраженных в отчете риск-инженера. Если после осмотра объекта был выставлен ряд замечаний и сроки для их устранения, но никакой связи между отчетом и догово­ром страхования не установлено юриди­чески, то урегулирование убытка будет происходить в соответствии с текстом договора, и замечания риск-инженера учитываться не будут. Соответственно, у страховой компании не будет возможно­сти ссылаться на неисполнение меропри­ятий по улучшению риск-защищенности объекта.

Алексей Зибрин: Если мы видим, что качество риска на объекте среднее, недостатки могут быть быстро устра­нены, есть положительная динамика по исправлению ситуации, в этом случае мы можем не прописывать в договоре прекращение страхового покрытия при неисполнении страхователем определен­ных рекомендаций. Эти моменты будут учитываться при пролонгации догово­ра страхования. Второй вариант — это указание непосредственно в договоре конкретных условий, исключение тех или иных событий, к которым привело неисполнение указанных инженерами рекомендаций.

Особняком стоят точечные оговорки, которые мы добавляем в договор по­сле совместной работы, проведенной с риск-инженерами. Например, исклю­чении из покрытия событий, связанных с неисполнением предписаний Пожнад­зора. Также могут быть описаны исклю­чения из покрытия по конкретной при­чине, например, строительно-монтажные работы на объекте: если пожар произошел в результате проведения СМР, то страховая компания будет вынуждена отказать в воз­мещении ущерба.

Последний крупный пожар произошел на незастрахованном складе. Такие крупные убытки очень отрезвляют рынок. Страховщики начинают подходить к оценке рисков более консервативно, а для страхователей значение страхования значительно возрастает.

ССТ: На что еще следует обращать вни­мание при урегулировании убытка?

Борис Осипов: Процесс урегулирова­ния убытков — это, прежде всего, ра­бота с документами. От оперативности их предоставления, полноты и качества зависит скорость принятия решений по заявленному событию, а также суммы, на которую может претендовать собствен­ник пострадавшего объекта. Зачастую мы сталкиваемся с проблемами в процессе сбора и предоставления документации. Со стороны РНПК мы, безусловно, готовы по­могать и рассказывать, как правильно орга­низовать процесс урегулирования убыт­ков. Например, мы выступаем за подход поэтапного предоставления документов. Это кратно сокращает срок урегулирования и обеспечивает бесконфликтное обсужде­ние спорных вопросов.

Основная проблема на рынке — это завы­шенные ожидания собственника бизнеса. Заключив страховой договор, он ожида­ет, что все его убытки будут оплачены. Но когда происходит страховое событие, выясняется, что часть имущества не была застрахована от определенных рисков, что есть франшизы, лимиты, оговорки и т. п.

Урегулирование — это серьезный и более сложный процесс по сравнению с заключе­нием договора страхования. Такие ката­строфические убытки по складам, с которых мы начали наше сегодняшнее обсуждение, показали необходимость тщательной прора­ботки раздела по урегулированию убытков еще на стадии заключения договора.

Похожие статьи

АО РНПК оценило рынок перестрахования по итогам 2023 года

Российская Национальная Перестраховочная Компания стала участником Ежегодной Конференции по Перестрахованию, посвященной обсуждению актуальных вопросов отрасли в текущей экономической ситуации и обмену…

СК «Абсолют Страхование» возобновила облигаторную программу по имуществу и…

Компания «Абсолют Страхование» возобновила действие комбинированного облигаторного договора по страхованию имущества и ответственности.

Как сдавать отчётность, которой раньше не существовало. Синтегс и…

Разработанные на проекте методики легли в основу расчетной программы, которой сегодня пользуется более 10 ведущих страховых компаний.