• 16 ноября, 2026

Частные клиники: возможно ли высокое качество по доступной цене?

Очаковская Екатерина

Основатель клиники «Наше время»

Частные клиники: возможно ли высокое качество по доступной цене?

Тема роли и места частных клиник в страховой медицине звучит все чаще. Насколько возможно расширение присутствия ОМС в частных медицинских организациях, насколько оно выгодно и медикам, и пациентам?

Сервис — это не бесплатный кофе

Хороший сервис в медицине — это внимание врача, постоянная поддержка и доверие между пациентом и медучреждением. Врач и основатель клиники «Наше время» Екатерина Очаковская рассказала, какими инструментами можно создавать положительный пациентский опыт.

ССТ: Заинтересованы ли коммерче­ские клиники, и в частности — ваша, в сотрудничестве со страховыми ком­паниями?

Екатерина Очаковская: «Наше время» — клиника доказательной медицины, работающая на рынке уже 8 лет. Изначально основным профилем было детское отделение, а сейчас сильно выросло и взрослое направление. У нас хорошая репута­ция, очень высокий уровень доверия у пациентов, стабильные рейтинги. Пациенты понимают, почему они на какие-то ненужные анализы и ви­зиты к специалистам. Нас отличает экспертиза врачей и контроль каче­ства медицинской помощи.

Часто к нам обращаются руководи­тели топ-уровня, собственники бизне­сов по поводу своих родителей возрас­та 85–95 лет. У нас есть многолетний опыт ведения таких пациентов, где основная цель — это качество жизни и ее продление. На этом направлении работают врачи и медсестры, если нужно — подключаются психолог, психотерапевт и другие узкие специ­алисты.

Мы работаем и по запросам юри­дических лиц, которые заключают договоры без страховой компании. Например, есть компания, с которой мы сотрудничаем несколько лет: у них есть отдельные пакеты для топ- менеджмента и рядовых сотрудников.

Как видите, клиника имеет опреде­ленную финансовую и медицинскую модель, поэтому со страховщиками по ДМС мы работаем в достаточно узком сегменте. В основном, у нас де­позитные клиенты. Но с точки зрения формирования потока пациентов, конечно, интереснее работать со стра­ховой компанией.

ССТ: Качественный сервис — что это значит для вас?

Е. О.: Например, у нас в зоне ожида­ния бесплатный кофе с шоколадка­ми — но это не сервис, сервис в ме­дицине заключается совсем в другом. У всех наших специалистов — часовой прием. И педиатр, и терапевт обя­зательно поговорят с пациентом, обсудят все проблемы, ответят на вопросы, снимут тревожность. Пациент при этом понимает, что здесь ему не назначат «лишних» анализов, он доверяет врачу.

Важный момент — у пациента есть возможность всегда быть на свя­зи со своим врачом. И во взрослом сегменте, и в детском, и при ведении беременностей мы решаем все вопро­сы через приложение.

У нас есть доктора, которые рабо­тают с момента осно­вания клиники. Это многое говорит о нашей корпоративной культуре внутри организации, и мы уделяем этому очень много наших ресурсов и времени.

Чем короче путь к ме­дицинской помощи, тем проще пациенту и врачу. Ни для кого не секрет, что врачи всегда больше нацелены на то, чтобы заниматься своей меди­цинской деятельностью, а не тратить время на бюрократию.

Получается, хороший сервис в медицине — это когда твой врач про тебя все знает, ты можешь быть с ним на связи или он сам тебе позвонит, чтобы узнать, нет ли реакции на вакцинацию у ре­бенка, нет ли каких-то осложнений. Человек у нас никогда не бывает бро­шен — это ключевой момент хорошего сервиса.

Если пациенту не понравилось качество приема, то мы возвращаем деньги независимо от причины

ССТ: Как у вас в клинике разрешают­ся споры с пациентами?

Е. О.: Два с половиной года назад мы реализовали уникальную исто­рию: если пациенту не понравилось качество приема, то мы возвраща­ем деньги независимо от причины.

Причем, он имеет право эти причины описать, имеет право не описывать.

Все наши коллеги по цеху крутили пальцем у виска и говорили: «Вы сумасшедшие, вы разоритесь, пото­му что существует потребительский экстремизм». Но мы приняли такое решение и везде заявили об этом. Кроме того, такого подхода боялись наши врачи, но мы с ними обсудили, что это не повлияет на их заработок.

Почему это вообще пришло в го­лову? Потому что наши пациенты нам доверяют, но и мы им доверяем, уверены в их осознанности. Время показало, что мы оказались правы.

ССТ: Какую пользу это принесло кли­нике, если не считать рекламы?

Е. О.: Многие пациенты, которые получили негативный опыт, уходят и не возвращаются. Да еще и пятерым друзьям расскажут, как медсестра, допустим, не с первого раза попала в вену. Это особенность отрицатель­ного пациентского опыта.

Одна из наших миссий — это положи­тельный пациентский опыт. Мы хотим, чтобы после посещения нашей клини­ки ни взрослый, ни ребенок не боялись медицинских манипуляций. Если же опыт был негативным, то пациенту вернут деньги, и это дает нам возмож­ность разобрать ситуацию.

Первый негативный отзыв мы полу­чили от одной мамы, которая сказала: «После приема у вашего врача мой ребенок начал бояться насекомых». Выяснилось, что педиатр, когда делала отоскопию, сказала ребенку: «А давай поищем в ушке букашек!» Такая игра работала у нее в сотнях случаев, дети были только рады по­искать букашек, но конкретно у этого ребенка ее слова вызвали фобию. Благодаря тому, что мы дали возмож­ность маме об этом рассказать, мы ра­зобрали ситуацию. Педиатр теперь «выращивает в ушках бриллианты», что детей еще больше радует.

Маму с ребенком мы при этом переключили на другого педиатра, она получила позитивный опыт, и эта семья до сих пор с нами. Мы счита­ем, что деньги, которые мы вернули за тот прием, — это наша инвестиция в то, чтобы узнать, какие проблемы есть в нашей работе, в коммуникации врача с пациентом.

ССТ: Что можно, с вашей точки зрения, улучшить во взаимодействии со страховыми компаниями?

Е. О.: Самая сложная проблема — это время согласования и скорость принятия решения. Почему страхо­ватель порой выбирает обратиться не через страховую, а напрямую в клинику? Потому что во втором случае пациентский путь будет быстрее. Не нужно дополнительно согласо­вывать какие-то услуги или составлять гаран­тийное письмо. Чем короче путь к медицин­ской помощи, тем проще пациенту и врачу. Ни для кого не секрет, что врачи всегда больше нацелены на то, чтобы заниматься своей меди­цинской деятельностью, а не тратить время на бюрократию.

Хороший сервис в ме­дицине — это когда твой врач про тебя все знает, ты можешь быть с ним на связи или он сам тебе позвонит, чтобы узнать, нет ли реакции на вак­цинацию у ребенка, нет ли каких-то осложнений. Человек у нас никогда не бывает брошен — это ключевой момент хоро­шего сервиса

Конечно, страховые компании дают возможность человеку попасть на прием в широкий перечень уч­реждений. Если прямо сейчас у тебя что-то болит, то, даже если у тебя есть любимый врач в любимой клинике, тебе важнее получить медицинскую помощь как можно скорее там, где есть свободный специалист. И этот уникальный сервис можно получить только по страховому полису.

Похожие статьи

Стратегия здоровья: приоритеты «СОГАЗ-Мед»

Стратегия здоровья: приоритеты «СОГАЗ-Мед»

Утвержденная в 2026 году Стратегия развития здравоохранения РФ до 2030 года расширяет роль страховых медицинских организаций (СМО). Они персонально защищают права…
Сотрудничество — вопрос стратегии

Сотрудничество — вопрос стратегии

Позаботиться о своем здоровье, либо обеспечить медпомощь сотрудникам можно как путем заключения договора ДМС, так и обратившись напрямую в медицинскую организацию.…
Здоровье сотрудников — новый стандарт бизнеса

Здоровье сотрудников — новый стандарт бизнеса

Третий год подряд страховая компания СОГАЗ вручает премию «Устойчивое здоровье». О том, почему профилактика обходится бизнесу в 3–5 раз дешевле лечения,…