Изменение курса Верховного суда РФ: правовая турбулентность и новые риски для страхового рынка

В 2025 году Верховный Суд Российской Федерации принял ряд судебных актов, в том числе Определения № 306-ЭС24-19744 от 18.02.2025, № 305-ЭС25-842 от 02.06.2025, № 307-ЭС24-24190 от 06.06.2025, «Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2025)»¹, кардинально меняющие сложившуюся практику применения законодательства о добровольных видах страхования.

Основным посылом ВС РФ стали тезисы о том, что практически ника­кие, даже самые грубые нарушения страхователем своих обязательств, предусмотренных договором либо Гражданским кодексом Российской Федерации, а также никакие наруше­ния правил пожарной безопасности либо иные нарушения правил, ставшие причиной уничтожения имущества, не могут являться основанием для отказа в признании случая страховым.

Несмотря на высокий авторитет ВС РФ и огромный вклад в формирова­ние правоприменительной практики, аргументация, изложенная в Судебных актах по вопросам добровольного страхования, требует более присталь­ного внимания и дополнительной дискуссии, поскольку нарушает еди­нообразие судебной практики и может привести к ряду негативных послед­ствий на рынке страхования.

СТРАХОВОЕ СОБЫТИЕ И ИСКЛЮЧЕНИЯ ИЗ СТРАХОВОГО ПОКРЫТИЯ

В основу Судебных актов положен вывод о невозможности учета дей­ствий страхователя при определении страхового события, а также определе­ния перечня случаев, не признаваемых страховыми и исключаемых из страхо­вого покрытия, и что такие исключе­ния, на самом деле, являются основа­ниями для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения, которые противоречат положениям ст. 963 ГК РФ. Как следствие, ВС РФ приходит к выводу о ничтожности данных условий.

Объективный анализ норм ГК РФ вы­являет противоречие между доводами, на которых строятся выводы ВС РФ, и буквальным толкованием ГК РФ.

Страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя

Так, в силу ст. 929 ГК РФ по дого­вору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), при­чиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе, либо убытки в связи с иными имуще­ственными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В соответствии с п. 1 ст. 963 ГК РФ, страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай насту­пил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахо­ванного лица, и что только законом могут быть предусмотрены случаи освобождения страховщика от выпла­ты страхового возмещения по догово­рам имущественного страхования при наступлении страхового случая вслед­ствие грубой неосторожности страхо­вателя или выгодоприобретателя.

Обращает на себя внимание то об­стоятельство, что в указанной норме речь идет о недопустимости осво­бождения страховщика от выплаты в ситуации, когда страховой случай наступил в силу условий Догово­ра страхования и ст. 929 ГК РФ, а обязанность по выплате страхового возмещения или страховой суммы уже возникла.

Такая непоследователь­ность нарушает разумные ожидания участников оборота, поскольку невозможно при ведении коммерческой деятель­ности рассчитывать на стабильность и единообразие практики приме­нения норм со стороны ВС РФ.

Между тем, судебные акты при­равняли ситуацию с освобождением страховщика от выплаты при насту­пившем страховом случае к ситуациям, когда страховой случай и обязанность по выплате возмещения не наступили в принципе.

Обеспокоенность, которая возни­кает у страховщиков при реализации данного правового подхода, обуслов­лена тем, что применение Верховным судом Российской Федерации нео­боснованно широкого толкования положений статьи 963 ГК РФ влечет за собой запрет на опре­деление страховых рисков, не включаемых в страховое покрытие, снижает уровень защи­ты прав страховщиков при осуществлении ими предпринимательской деятельности, лишает их возможности более точно оценивать риски с учетом добросовестного поведения страхователей и препятствует по­вышению устойчивости страховых компаний.

Одновременно с этим предложенный подход понижает значимость таких ключевых принципов страхования, как добросовестность страхователя и необходимость отношения к своему имуществу с той же степенью осмо­трительности и заботливости, как если бы оно не было застраховано, создает риски увеличения роста злоупотребле­ний, и, как следствие, роста количества пожаров и иных событий, влекущих уничтожение имущества.

Реализация предложенной ВС РФ позиции на практике может привести к смещению баланса ответственности за сохранность имущества

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА

Нельзя не отметить и существенное отличие данной позиции от ранее превалирующего в судебной практике подхода.

Согласно законодательству, ВС РФ в целях обеспечения единообразного применения законодательства Россий­ской Федерации дает судам разъясне­ния по вопросам судебной практики2, при этом одной из основных задач яв­ляется обеспечение единства подходов, закрепляемых в судебной практике.

В течение нескольких последних лет вопрос о возможности сторон договора страхования по своему усмотрению определять перечень страховых слу­чаев неоднократно являлся предметом обобщения со стороны ВС РФ в рамках Постановлений Пленума ВС РФ и Об­зоров судебной практики.

Так, в п. 15 Постановления Пленума ВС РФ № 19 от 25.06.2024 указано, что, исходя из положений пункта 4 статьи 421 ГК РФ, условия договора определяются по усмотрению сторон договора страхования имущества, в связи с чем к условиям договора, помимо перечисленных в статье 942 ГК РФ, могут быть отнесены и другие условия, в частности:

— территория использования или место нахождения застрахованного имущества;

— перечень случаев, которые не могут быть признаны страховыми, на­пример, управление транспортным средством лицом, не допущенным к управлению в рамках договора добровольного страхования транс­портного средства;

— угон транспортного средства с оставленными регистрационными документами, если в соответствии с договором страхования страхо­вым риском является кража или угон транспортного средства без документов и (или) ключей.

Стороны вправе включать в договор добровольного страхования имущества (страховой полис) перечень страховых событий и исключений из него.

Аналогичные подходы применялись в п. 10 Обзора судебной практики Вер­ховного Суда Российской Федерации №3 (2020) и в п. 2 Обзора по отдель­ным вопросам судебной практики, свя­занным с добровольным страхованием имущества граждан3.

Позиция, озвученная Верховным су­дом в 2025 году, предлагает иную трак­товку и означает изменение практики, сформировавшейся за последнее деся­тилетие. Такая непоследовательность, очевидно, не способствует достижению принципов правовой определенности и нарушает разумные ожидания участ­ников оборота, поскольку невозможно при ведении коммерческой деятель­ности рассчитывать на стабильность и единообразие практики применения норм со стороны ВС РФ.

МОТИВАЦИЯ СТРАХОВАТЕЛЯ

Представляется, что изложенная в судебных актах позиция может ослабить мотивацию потенциаль­ных страхователей — владельцев имущества к принятию исчерпыва­ющих мер, направленных на сохран­ность застрахованного имущества. Реализация предложенной ВС РФ позиции на практике может привести к смещению баланса ответственно­сти за сохранность имущества: если ранее большая часть бремени лежала на страхователе — владельце имуще­ства, то новая интерпретация правил распределения рисков может создать у страхователей ощущение излишней защищенности, ослабив их внимание к вопросам превентивной защиты застрахованного имущества.

Кроме того, освобождение страхо­вателей от финансовых последствий небрежного отношения к имуществу и возложение всех последствий на стра­ховщиков в долгосрочной перспективе способны подорвать один из ключевых принципов страхования — принцип превенции убытков, когда каждая сторона заинтересована в недопущении наступления негативных событий.

В соответствии с положениями ст. 928 ГК РФ страхование противоправных интересов не допускается. Условия до­говоров страхования, противоречащие данному требованию, ничтожны.

Между тем, закрепление ВС РФ в качестве системного подхода не­возможности для страховщиков предусмотреть в качестве событий, не являющихся страховыми случаями, тех, которые состоят в причинно-след­ственной связи с допущенными стра­хователем или выгодоприобретателем нарушениями нормативно-правовых актов РФ, может не просто дать стра­ховщикам возможность, но и сделать неизбежным страхование противо­правного интереса.

ОБРАТНЫЙ ЭФФЕКТ

Сформированные ВС РФ изменения в подходах фактически лишили стра­ховщиков возможности использования устоявшегося ранее в практике страхо­вых отношений принципа определения страховых случаев через описание тех признаков страхового события, кото­рым оно должно соответствовать для квалификации в качестве страхового случая, а также признаков, которым оно для квалификации в качестве стра­хового случая не должно соответство­вать («отрицательные» признаки).

Изменение подходов ВС РФ, которое на первый взгляд выглядит как защита слабой стороны в споре, на системном уровне, напротив, может приобрести обратный эффект, увеличив цену страховой услуги и сде­лав ее менее доступной для всех граждан и юри­дических лиц.

Страховые организации поставле­ны в ситуацию, когда вне зависимо­сти от применяемой в договоре страхования юридической техники и формулировок «отри­цательных» признаков, перечень событий, яв­ляющийся исключением из страхового покрытия, судами не будет при­меняться в принципе. Изложенное в конечном счете негативно скажется на общем уровне стра­ховых рисков, в связи с чем страховые органи­зации будут вынуждены предпринимать меры к поиску иных способов поддержания приемлемого уровня убыточности и экономиче­ской устойчивости. Очевидной мерой является возможное повышение цены страховой услуги, что коснется абсо­лютно всех страхователей — граждан и юридических лиц.

Таким образом, изменение подхо­дов ВС РФ, которое на первый взгляд выглядит как защита слабой стороны в споре, на системном уровне, напро­тив, может приобрести обратный эф­фект, увеличив цену страховой услуги и сделав ее менее доступной для всех граждан и юридических лиц.

1. Утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025.