Рост в страховании: мечта или реальность?

Конференция ВСС-2026: Культурный код страхования. Человеческий фактор

РАСТУЩИЙ РЫНОК

Страховщиками заявлена цель по сборам страховых премий в 6 трлн руб. Наверное, развитие мож­но понимать в двух аспектах.

Первый — это как раз сборы, объем рынка, вес сектора в экономике. Если смотреть с этой точки зрения, то, вероятно, основная задача сейчас – определить вместе развитие ДСЖ.

Понятно, что сейчас инструмент запущен и набирает обороты. Уже вы­явлен ряд детских болезней, пробле­мы роста и др. Рынок выдвигает свои предложения по совершенствованию инструментов. Надо решать вопросы с налогообложением: там довольно сложное администрирование, потому что продукт комплексный, на стыке деятельности страхового сообщества с управляющими компаниями. Им нужно налаживать взаимодействие, чтобы не было двойного налогообло­жения.

Есть предложения, которые каса­ются закрытых ПИФов в ДСЖ. Мы должны решать выявляемые про­блемы, чтобы сектор ДСЖ заработал

на полную мощность. Рынок вышел с предложением расширить страхо­вание жизни и на биржевые ПИФы. Мы попробуем довольно оперативно все предложения согласовать со всеми заинтересованными ведомствами и внести в Госдуму.

РАЗВИТЫЙ РЫНОК

Развитие рынка с точки зрения сборов — это KPI самого рынка, и мы вместе с Минфином здесь создаем условия. Второй аспект развития — это те практики, которые используются на рынке в общении с клиентами и между участниками. Да, это можно назвать цивилизованно­стью: развитый рынок должен быть цивилизованным. Поэтому и в этой части, наверное, Банк России играет большую роль. Для нас здесь есть тоже ряд важных направлений.

Во-первых, у нас есть проект по­вышения выплат по ОСАГО. Мы над этим сейчас работаем, в том числе с нашей нормативной базой: попра­вили Единую методику, направили на регистрацию изменения — они предполагают увеличить объем выплат на 8—10 %. Мы поддержали увеличение лимитов по страхованию ОСАГО в части жизни и здоровья до 2 млн руб. Это абсолютно справед­ливая история.

Еще одна задача, которой мы за­нимаемся в настоящее время, — это ускорение выплат по страхованию опасных объектов. Когда происхо­дит более или менее крупная авария, то выплаты растягиваются на доволь­но продолжительный промежуток времени. Здесь важно понимать: страховщик не может приступить к выплатам до того, как он получит на руки акт о причинах аварии. А если авария сложная, то это делается до­вольно долго.

Мы сейчас общаемся с Ростехнад­зором, чтобы найти какое-то взаи­моприемлемое решение, чтобы этот промежуток значительно сократить. Это тоже про клиентскую ценность: клиент должен получать удовлетворе­ние в момент, когда оно ему нужно — не через полгода, не через год, а мак­симально близко к его потребностям.

Безусловно, в повестке дня остается вопрос про контроль наличия ОСАГО по камерам. Тут, к сожалению, не все в наших полномочиях, но этот вопрос не забыт, мы его стараемся тоже двигать.

Есть еще одна инициатива, к которой почему-то страховое сообщество относится настороженно — ОСАГО на Госуслугах

Есть еще одна инициатива, к кото­рой почему-то страховое сообщество относится настороженно — ОСАГО на Госуслугах. Смысл инициативы простой: ОСАГО — обязательный вид страхования, то есть, у клиента есть обязанность его купить, у страховщи­ка — продать. Соответственно, должен быть стопроцентный канал доступ­ности этого продукта. Таким каналом могут быть Госуслуги в случае, если по каким-то причинам не удалось договориться со страховщиком. На первых этапах эта история будет для такого небольшого сегмента, кото­рый как раз испытывал в свое время затруднения — это такси и мотоциклисты. Посмотрим, как это заработает, и будем думать, что с этим делать дальше.

В 2025 году Банк России сделал оценку фактического воздействия своего регулирования. Это был пер­вый такой опыт, когда мы публично оценили свое регулирование по стра­хованию жизни заемщиков. Принято решение, что мы на данном этапе кардинально не будем вмешиваться в этот вид страхования и вместе с ВСС проработаем ряд вопросов с точки зрения саморегулирования. Сейчас ВСС с нашим участием подготовил внутренние стандарты по страхова­нию жизни, и надеемся, что они будут утверждены

КЛИЕНТСКАЯ ЦЕННОСТЬ

Тут часто говорили о клиентской ценности. Безусловно важно, чтобы каждый понимал, что такое клиент­ская ценность на практике. Мы все время думали, что, наверное, ключе­вой параметр клиентской ценности — это соотношение взносов и выплат. Но всегда, мне кажется, важно видеть перед глазами примеры.

Тогда мы предлагаем: коллеги, если вам эта справка нужна, давайте вы будете спрашивать ее с клиента на входе в продукт, когда он только покупает полис. Это и есть клиентская ценность, когда вы думаете о клиенте, как потом удовлетворить его потребности.

Например, когда мы обсуждали стандарты, был такой кейс: чело­век застраховался, потом с ним что-то случилось, у него появи­лась какая-то степень инвалидности. Со­ответственно, нужно принести справку, что он не болел до момента страхования. Оказалось, получить такую справку в этот момент очень сложно. Тогда мы пред­лагаем: коллеги, если вам эта справка нуж­на, давайте вы будете спрашивать ее с клиента на входе в продукт, когда он только поку­пает полис. Это и есть клиентская ценность, когда вы думаете о клиенте, как потом удовлетворить его потреб­ности.

Такие примеры, когда они обсуж­даются в диалоге, показывают, что мы можем находить клиентскую ценность в любых продуктах.

НАДЗОР НАДЗОРУ РОЗНЬ

Сам по себе надзор, в моем пони­мании, вряд ли может затормозить рынок. То есть, надзор осуществляет­ся за исполнением требований закона. Соответственно, если что-то бло­кирует рынок, то это, скорее, некие требования закона, за соблюдением которых мы следим. Если в этой части есть какие-то барьеры, мы готовы вы­слушать и поддержать, если мы с этим согласились.

Второй аспект: надзор в Банке России разнообразный. У нас есть ин­спекция, у нас есть защита потребите­лей, у нас есть страховой департамент, который я представляю. И у каждо­го — свой надзор.

Мы стараемся выстроить работу так, чтобы не собирать лишнего и не напрягать рынок своим пристальным вниманием

Надзор со стороны страхового департамента состоит из двух направ­лений.

Первое — это надзор за отчетностью. Здесь мы, с одной стороны, рабо­таем над повышением качества данных. Нам очень важно, чтобы данные, которые предоставляет страховой рынок, были качествен­ными, в зависимости от качества этих данных мы можем решать какие-то свои внутренние зада­чи с точки зрения автоматиза­ции контрольных функций. Это, в том числе, упростит жизнь рынку во взаимодействии с надзорным блоком, даст возможность опера­тивно корректировать, допустим, какие-то тарифы по обязательным видам страхования.

Плюс, мы работаем над оптимиза­цией отчетности, стараемся собирать только то, что нам действительно нужно, и не напрягать рынок, что называется, лишними телодвижения­ми. Поэтому с 2024 года у нас ведется большая работа по оптимизации. К сегодняшнему дню мы сократили порядка 35 % отчетных показателей от того объема, который был у нас в начале этого пути.

Второе — это надзор за финан­совой устойчивостью страховщи­ков. Здесь тоже есть два аспекта. В 2025 году у нас произошли большие изменения в оценке рисков у стра­ховщиков жизни. Проведена большая работа, и в результате мы добились того, что требования к капиталу у страховщиков жизни снизились у 87 % компаний. Мы стали более точ­но считать страховой риск, показали, как это — оценивать риск, показали, как это нужно делать с точки зре­ния нашей нормативки, и облегчили рынку его работу. Соответственно, больше средств, больше денег рынок смог направить на инвестирова­ние и разработку новых продуктов, на свою предпринимательскую дея­тельность.

Эту работу, как я сказал, мы про­вели по страховщикам жизни. Сей­час у нас уже принят и отправлен на регистрацию в Минюст России нормативный акт по аналогичным изменениям, только для страховщи­ков не жизни. Ожидается, что изме­нения начнут работать с 2027 года. По остальным видам риска, в том числе по катастрофическим, в 2027– 2028 годах такая работа, полагаю, будет продолжена.

Хочу сказать следующее: надзор в нашей части — двухаспектный. С одной стороны, мы пытаемся улуч­шить те данные, которые присылают страховщики в Банк России. С другой стороны, мы стараемся выстроить ра­боту так, чтобы не собирать лишнего и не напрягать рынок своим присталь­ным вниманием.

Из выступления в пленарной дискуссии на XXI Международной Конференции ВСС «Культурный код страхования. Человеческий фактор», 2026

В рамках XXI Международной конференции по страхованию ВСС 26 мая 2026 года (Russian Insurance Summit 2026) ключевые участники страхового рынка вместе с представителями регулятора и науки обсудили перспективы и точки роста.

Эксперты коснулись широкого круга тем — от повышения привлекательности страхования для клиентов до актуальных вызовов, стоящих перед страховщиками. По мнению участников, рынок страхования становится более человекоцентричным, но в перспективе важно думать о сохранении лояльности среди клиентов: только так можно рассчитывать на рост экономических показателей. Поэтому рынок берет курс на прозрачность договоров, радикальное ускорение урегулирования убытков, а государство — на создание культуры страхования и управления рисками.