• 5 июня, 2018

ЗАКОН О БАНКРОТСТВЕ: МНЕНИЕ ЮРИСТА

Еременко Валерий

Партнер, соруководитель судебно-арбитражной практики Адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры»

2017 год стал во многом переломным для института субсидиарной ответственности: были приняты масштабные изменения в Закон о банкротстве, а также Постановление Пленума Верховного суда РФ, письмо ФНС, которые образовали достаточно прочный фундамент для применения института ответственности.

Предпосылками реформы стали чрезвычайно низкие показатели эффективности процедур банкротства в России: в 2017 г. доля удовлетворенных требований кредиторов составила всего лишь 5,5 %. Кредиторы в 67 % дел о банкротстве предприятий, завершенных в 2017 г., получили ноль рублей. В международном рейтинге Doing Business по коэффициенту возвращаемых средств в процедуре банкротства в конце 2017 г. Россия заняла 54 место и соседствует с ЮАР и Чили.

Неэффективность процедур банкротства означает низкий уровень поступлений в бюджет налоговых долгов предприятий-банкротов и одновременный уход фактических бенефициаров от уплаты долгов, их незаконное обогащение за счет кредиторов. С другой стороны, у самих обманутых кредиторов все чаще возникают трудности с дальнейшим ведением бизнеса, что негативно отражается на экономической ситуации и ведет к росту количества банкротств.

Ситуация требовала коррекции и применения действенного механизма защиты интересов добросовестных кредиторов и государства. Введенная в Закон о банкротстве глава о субсидиарной ответственности содержит детальное регулирование института и вкупе с разъяснениями ВС РФ будет способствовать повышению ответственности бизнеса. Уже в IV квартале 2017 г. наметился существенный рост и количества таких дел, и размера взыскиваемых сумм: с 12 лиц были взысканы суммы более 1 млрд руб. с каждого, а максимальная сумма взыскания с одного КДЛ в IV квартале 2017 г. — 5 млрд рублей.

Ключевая новелла — это расширение круга лиц, которые могут быть привлечены к ответственности и акцент на установление фактического, а не юридического контроля. Теперь к контролирующим должника лицам (КДЛ) могут быть отнесены не только управленцы компании–банкрота (генеральный директор, члены коллегиальных органов, главный бухгалтер), но и иные лица, имеющие возможность определять деятельность должника или влиять на нее. При этом закон прямо указывает, что к ним могут быть отнесены мажоритарный акционер, фактические бенефициары, их родственники, а также любые другие лица, определяющие действия должника прямо или опосредованно, в т. ч. в силу наличия неформальных личных отношений.

Читать статью в pdf формате

Похожие статьи

Прозрачность выгодна для всех

Прозрачность выгодна для всех

Российская Национальная Перестраховочная Компания, выступая основным инфраструктурным игроком на рынке корпоративного страхования, развивает собственную аналитику для более точной оценки рисков и…
Одобрено РНПК

Одобрено РНПК

Инженерный центр РНПК за семь лет своей работы не только стал надежной поддержкой андеррайтеров, но и превратился в методологический и консалтинговый…
Как дополнять друг друга в интересах пациентов

Как дополнять друг друга в интересах пациентов

Пациентские и страховые организации располагают разными возможностями, которые могут дополнять друг друга, чтобы существенно влиять на качество и доступность медицинской помощи.…